Неточные совпадения
О себе приезжий, как казалось, избегал много говорить; если же говорил, то какими-то общими местами, с заметною скромностию, и разговор его в таких случаях принимал несколько книжные обороты:
что он не значащий червь мира сего и не достоин того, чтобы много о нем заботились,
что испытал много на веку своем, претерпел на службе за правду, имел много неприятелей, покушавшихся даже на жизнь его, и
что теперь, желая успокоиться, ищет избрать наконец место для жительства, и
что, прибывши в этот город,
почел за непременный долг засвидетельствовать свое почтение первым его сановникам.
Нельзя утаить,
что почти такого рода размышления занимали Чичикова в то время, когда он рассматривал общество, и следствием этого было то,
что он наконец присоединился к толстым, где встретил
почти всё знакомые лица: прокурора с весьма черными густыми бровями и несколько подмигивавшим левым глазом так, как будто бы говорил: «Пойдем, брат, в другую комнату, там я тебе что-то скажу», — человека, впрочем, серьезного и молчаливого; почтмейстера, низенького человека, но остряка и философа; председателя палаты, весьма рассудительного и любезного человека, — которые все приветствовали его, как старинного знакомого, на
что Чичиков раскланивался несколько набок, впрочем, не без приятности.
На
что Чичиков с весьма вежливым наклонением головы и искренним пожатием руки отвечал,
что он не только с большою охотою готов это исполнить, но даже
почтет за священнейший долг.
Чичиков согласился с этим совершенно, прибавивши,
что ничего не может быть приятнее, как жить в уединенье, наслаждаться зрелищем природы и
почитать иногда какую-нибудь книгу…
Между тем псы заливались всеми возможными голосами: один, забросивши вверх голову, выводил так протяжно и с таким старанием, как будто за это получал бог знает какое жалованье; другой отхватывал наскоро, как пономарь; промеж них звенел, как почтовый звонок, неугомонный дискант, вероятно молодого щенка, и все это, наконец, повершал бас, может быть, старик, наделенный дюжею собачьей натурой, потому
что хрипел, как хрипит певческий контрабас, когда концерт в полном разливе: тенора поднимаются на цыпочки от сильного желания вывести высокую ноту, и все,
что ни есть, порывается кверху, закидывая голову, а он один, засунувши небритый подбородок в галстук, присев и опустившись
почти до земли, пропускает оттуда свою ноту, от которой трясутся и дребезжат стекла.
— После таких сильных убеждений Чичиков
почти уже не сомневался,
что старуха наконец поддастся.
— А может, в хозяйстве-то как-нибудь под случай понадобятся… — возразила старуха, да и не кончила речи, открыла рот и смотрела на него
почти со страхом, желая знать,
что он на это скажет.
— Да не найдешь слов с вами! Право, словно какая-нибудь, не говоря дурного слова, дворняжка,
что лежит на сене: и сама не ест сена, и другим не дает. Я хотел было закупать у вас хозяйственные продукты разные, потому
что я и казенные подряды тоже веду… — Здесь он прилгнул, хоть и вскользь, и без всякого дальнейшего размышления, но неожиданно удачно. Казенные подряды подействовали сильно на Настасью Петровну, по крайней мере, она произнесла уже
почти просительным голосом...
Оказалось,
что помещица не вела никаких записок, ни списков, а знала
почти всех наизусть; он заставил ее тут же продиктовать их.
Хомут на одной из них, надевавшийся дотоле
почти всегда в разодранном виде, так
что из-под кожи выглядывала пакля, был искусно зашит.
В продолжение немногих минут они вероятно бы разговорились и хорошо познакомились между собою, потому
что уже начало было сделано, и оба
почти в одно и то же время изъявили удовольствие,
что пыль по дороге была совершенно прибита вчерашним дождем и теперь ехать и прохладно и приятно, как вошел чернявый его товарищ, сбросив с головы на стол картуз свой, молодцевато взъерошив рукой свои черные густые волосы.
Дружбу заведут, кажется, навек: но всегда
почти так случается,
что подружившийся подерется с ними того же вечера на дружеской пирушке.
Чем кто ближе с ним сходился, тому он скорее всех насаливал: распускал небылицу, глупее которой трудно выдумать, расстроивал свадьбу, торговую сделку и вовсе не
почитал себя вашим неприятелем; напротив, если случай приводил его опять встретиться с вами, он обходился вновь по-дружески и даже говорил: «Ведь ты такой подлец, никогда ко мне не заедешь».
Впрочем, редко случалось, чтобы это было довезено домой;
почти в тот же день спускалось оно все другому, счастливейшему игроку, иногда даже прибавлялась собственная трубка с кисетом и мундштуком, а в другой раз и вся четверня со всем: с коляской и кучером, так
что сам хозяин отправлялся в коротеньком сюртучке или архалуке искать какого-нибудь приятеля, чтобы попользоваться его экипажем.
— Ну, так я ж тебе скажу прямее, — сказал он, поправившись, — только, пожалуйста, не проговорись никому. Я задумал жениться; но нужно тебе знать,
что отец и мать невесты преамбиционные люди. Такая, право, комиссия: не рад,
что связался, хотят непременно, чтоб у жениха было никак не меньше трехсот душ, а так как у меня целых
почти полутораста крестьян недостает…
Чичиков подошел к ручке Феодулии Ивановны, которую она
почти впихнула ему в губы, причем он имел случай заметить,
что руки были вымыты огуречным рассолом.
Сидят они на том же месте, одинаково держат голову, их
почти готов принять за мебель и думаешь,
что отроду еще не выходило слово из таких уст; а где-нибудь в девичьей или в кладовой окажется просто: ого-го!
Лицо его не представляло ничего особенного; оно было
почти такое же, как у многих худощавых стариков, один подбородок только выступал очень далеко вперед, так
что он должен был всякий раз закрывать его платком, чтобы не заплевать; маленькие глазки еще не потухнули и бегали из-под высоко выросших бровей, как мыши, когда, высунувши из темных нор остренькие морды, насторожа уши и моргая усом, они высматривают, не затаился ли где кот или шалун мальчишка, и нюхают подозрительно самый воздух.
Ибо к
чести героя нашего нужно сказать,
что сердце у него было сострадательно и он не мог никак удержаться, чтобы не подать бедному человеку медного гроша.
Он уже хотел было выразиться в таком духе,
что, наслышась о добродетели и редких свойствах души его,
почел долгом принести лично дань уважения, но спохватился и почувствовал,
что это слишком.
Искоса бросив еще один взгляд на все,
что было в комнате, он почувствовал,
что слово «добродетель» и «редкие свойства души» можно с успехом заменить словами «экономия» и «порядок»; и потому, преобразивши таким образом речь, он сказал,
что, наслышась об экономии его и редком управлении имениями, он
почел за долг познакомиться и принести лично свое почтение.
— Стар я, батюшка, чтобы лгать: седьмой десяток живу! — сказал Плюшкин. Он, казалось, обиделся таким
почти радостным восклицанием. Чичиков заметил,
что в самом деле неприлично подобное безучастие к чужому горю, и потому вздохнул тут же и сказал,
что соболезнует.
Поцелуи с обеих сторон так были сильны,
что у обоих весь день
почти болели передние зубы.
При всяком небольшом возвышении, или горке, или ступеньке, Манилов поддерживал Чичикова и
почти приподнимал его рукою, присовокупляя с приятною улыбкою,
что он не допустит никак Павла Ивановича зашибить свои ножки.
— Как же, пошлем и за ним! — сказал председатель. — Все будет сделано, а чиновным вы никому не давайте ничего, об этом я вас прошу. Приятели мои не должны платить. — Сказавши это, он тут же дал какое-то приказанье Ивану Антоновичу, как видно ему не понравившееся. Крепости произвели, кажется, хорошее действие на председателя, особливо когда он увидел,
что всех покупок было
почти на сто тысяч рублей. Несколько минут он смотрел в глаза Чичикову с выраженьем большого удовольствия и наконец сказал...
Письмо начиналось очень решительно, именно так: «Нет, я должна к тебе писать!» Потом говорено было о том,
что есть тайное сочувствие между душами; эта истина скреплена была несколькими точками, занявшими
почти полстроки; потом следовало несколько мыслей, весьма замечательных по своей справедливости, так
что считаем
почти необходимым их выписать: «
Что жизнь наша?
В довершение бед какой-то из молодых людей сочинил тут же сатирические стихи на танцевавшее общество, без
чего, как известно, никогда
почти не обходится на губернских балах.
Ведь это история, понимаете ли: история, сконапель истоар, [Сконапель истоар (от фр. се qu’on appele histoire) —
что называется, история.] — говорила гостья с выражением
почти отчаяния и совершенно умоляющим голосом.
— Ну, слушайте же,
что такое эти мертвые души, — сказала дама приятная во всех отношениях, и гостья при таких словах вся обратилась в слух: ушки ее вытянулись сами собою, она приподнялась,
почти не сидя и не держась на диване, и, несмотря на то
что была отчасти тяжеловата, сделалась вдруг тонее, стала похожа на легкий пух, который вот так и полетит на воздух от дуновенья.
Да не покажется читателю странным,
что обе дамы были не согласны между собою в том,
что видели
почти в одно и то же время. Есть, точно, на свете много таких вещей, которые имеют уже такое свойство: если на них взглянет одна дама, они выйдут совершенно белые, а взглянет другая, выйдут красные, красные, как брусника.
Все,
что ни говорила она далее, было повторение
почти одного и того же, и чиновники увидели только,
что Коробочка была просто глупая старуха.
Может быть, это происходит оттого,
что мы вдруг удовлетворяемся в самом начале и уже
почитаем,
что все сделано.
Конечно, я знаю,
что ты занят иногда учеными предметами, любишь читать (уж почему Ноздрев заключил,
что герой наш занимается учеными предметами и любит
почитать, этого, признаемся, мы никак не можем сказать, а Чичиков и того менее).
Но так как все же он был человек военный, стало быть, не знал всех тонкостей гражданских проделок, то чрез несколько времени, посредством правдивой наружности и уменья подделаться ко всему, втерлись к нему в милость другие чиновники, и генерал скоро очутился в руках еще больших мошенников, которых он вовсе не
почитал такими; даже был доволен,
что выбрал наконец людей как следует, и хвастался не в шутку тонким уменьем различать способности.
Генерал жил генералом, хлебосольствовал, любил, чтобы соседи приезжали изъявлять ему почтенье; сам, разумеется, визитов не платил, говорил хрипло, читал книги и имел дочь, существо невиданное, странное, которую скорей можно было
почесть каким-то фантастическим видением,
чем женщиной.
Тентетникову показалось,
что с самого дня приезда их генерал стал к нему как-то холоднее,
почти не замечал его и обращался как с лицом бессловесным или с чиновником, употребляемым для переписки, самым мелким.
Несмотря на то
что Чичикову
почти знакомо было лицо ее по рисункам Андрея Ивановича, он смотрел на нее, как оторопелый, и после, уже очнувшись, заметил,
что у ней был существенный недостаток, именно — недостаток толщины.
— «Приступая к обдумыванью возложенного на меня вашим высокородием поручения,
честь имею сим донести на оное: 1) В самой просьбе господина коллежского советника и кавалера Павла Ивановича Чичикова есть уже некоторое недоразумение: в изъясненье того,
что требуются ревизские души, постигнутые всякими внезапностями, вставлены и умершие.
— В таком случае я разбогатею, — сказал Чичиков, — потому
что начинаю
почти, так сказать, с ничего.
Верите ли,
что не могу, не могу, Павел Иванович…
что почти вовсе не сеял хлеба в этом году!
— Видите ли
что? — сказал Хлобуев. — Запрашивать с вас дорого не буду, да и не люблю: это было бы с моей стороны и бессовестно. Я от вас не скрою также и того,
что в деревне моей из ста душ, числящихся по ревизии, и пятидесяти нет налицо: прочие или померли от эпидемической болезни, или отлучились беспаспортно, так
что вы
почитайте их как бы умершими. Поэтому-то я и прошу с вас всего только тридцать тысяч.
Все они были до того нелепы, так странны, так мало истекали из познанья людей и света,
что оставалось только пожимать плечами да говорить: «Господи боже! какое необъятное расстояние между знаньем света и уменьем пользоваться этим знаньем!»
Почти все прожекты основывались на потребности вдруг достать откуда-нибудь сто или двести тысяч.
Говорю вам по
чести,
что если бы я и всего лишился моего имущества, — а у меня его больше,
чем у вас, — я бы не заплакал.
И трудолюбивая жизнь, удаленная от шума городов и тех обольщений, которые от праздности выдумал, позабывши труд, человек, так сильно стала перед ним рисоваться,
что он уже
почти позабыл всю неприятность своего положения и, может быть, готов был даже возблагодарить провиденье за этот тяжелый <урок>, если только выпустят его и отдадут хотя часть.
Узнавши, где караулилась схваченная женщина, он явился прямо и вошел таким молодцом и начальником,
что часовой сделал ему
честь и вытянулся в струнку.
Знаю,
что уже
почти невозможно многим идти противу всеобщего теченья.