— Рррра-ррр-ра-а! К началу! У нас Юлия Пастраны [Женщина
с бородой, которую в то время показывали в цирках и балаганах.] — двоюродная внучка от облизьяны! Дыра на боку, вся в шелку!.. — И пойдет и пойдет…
Садимся за средний стол, десяток лет занимаемый редактором «Московского листка» Пастуховым. В белоснежной рубахе,
с бородой и головой чуть не белее рубахи, замер пред нами в выжидательной позе Кузьма, успевший что-то шепнуть двум подручным мальчуганам-половым.
Его тащил на цепи дед-вожатый
с бородой из льна, и медведь, гремя цепью, показывал, как ребята горох в поле воруют, как хозяин пляшет и как барин водку пьет и пьяный буянит.
Неточные совпадения
В доме Румянцева была, например, квартира «странников». Здоровеннейшие, опухшие от пьянства детины
с косматыми
бородами; сальные волосы по плечам лежат, ни гребня, ни мыла они никогда не видывали. Это монахи небывалых монастырей, пилигримы, которые век свой ходят от Хитровки до церковной паперти или до замоскворецких купчих и обратно.
Издали углядел в давке высокую женщину в ковровом платке, а рядом
с ней козлиную бородку Щучки. Женщина увидала и шепнула
бороде. Через минуту Щучка уже терся как незнакомый около Смолина.
У лавки солидный и важный, он был в балагане неузнаваем
с своей седой подвязанной
бородой. Как заорет на все поле...
Метал плотный русак богатырского сложения,
с окладистой, степенной
бородой, в поддевке.
— Это вы? — воскликнул человек в сюртуке и одним взмахом отшиб в сторону вскочившего
с пола и бросившегося на меня банкомета,
борода которого была в крови. Тот снова упал. Передо мной, сконфуженный и пораженный, стоял беговой «спортсмен», который вез меня в своем шарабане. Все остальные окаменели.
Темный шатен
с самой красивой
бородой в Москве, на которую заглядывались дамы и которая дорого обошлась московским купчихам…
Один из лучших призов получил какой-то московский красавец, явившийся в черном фраке, в цилиндре,
с ярко-синей
бородой, расчесанной а-ля Скобелев на две стороны.
Перед ними стоял старик
с белой шевелюрой и
бородой. Он делился воспоминаниями
с соседями. Слышались имена: Лермонтов, Пушкин, Гоголь…
Банщик уж второй раз намылил мне голову и усиленно выскребал сажу из
бороды и волос — тогда они у меня еще были густы. Я сидел
с закрытыми глазами и блаженствовал. Вдруг среди гула, плеска воды, шлепанья по голому телу я слышу громкий окрик...
Старик
с огромной козлиной седой
бородой, да еще тверской, был прозван весьма удачно и не выносил этого слова, которого вообще тверцы не любили.
— Это их любимая игра. Уж и смеху бывает, — объяснил мне, когда мы вошли, его дядя
с седой
бородой…
Три дамы: старушка, молодая и купчиха, три господина; один ― банкир-Немец с перстнем на пальце, другой ― купец
с бородой, и третий ― сердитый чиновник в виц-мундире с крестом на шее, очевидно, давно уже ждали.
Хозяйством у него заведывает бурмистр из мужиков,
с бородой во весь тулуп; домом — старуха, повязанная коричневым платком, сморщенная и скупая.
Прочие все одеты были благопристойно: покойницы в чепцах и лентах, мертвецы чиновные в мундирах, но
с бородами небритыми, купцы в праздничных кафтанах.
Неточные совпадения
Опомнилась, глядит Татьяна: // Медведя нет; она в сенях; // За дверью крик и звон стакана, // Как на больших похоронах; // Не видя тут ни капли толку, // Глядит она тихонько в щелку, // И что же видит?.. за столом // Сидят чудовища кругом: // Один в рогах,
с собачьей мордой, // Другой
с петушьей головой, // Здесь ведьма
с козьей
бородой, // Тут остов чопорный и гордый, // Там карла
с хвостиком, а вот // Полу-журавль и полу-кот.
Купец, который на рысаке был помешан, улыбался на это
с особенною, как говорится, охотою и, поглаживая
бороду, говорил: «Попробуем, Алексей Иванович!» Даже все сидельцы [Сиделец — приказчик, продавец в лавке.] обыкновенно в это время, снявши шапки,
с удовольствием посматривали друг на друга и как будто бы хотели сказать: «Алексей Иванович хороший человек!» Словом, он успел приобресть совершенную народность, и мнение купцов было такое, что Алексей Иванович «хоть оно и возьмет, но зато уж никак тебя не выдаст».
Запятки были заняты лицом лакейского происхождения, в куртке из домашней пеструшки,
с небритой
бородою, подернутою легкой проседью, — лицо, известное под именем «малого».
Дамы наперерыв принялись сообщать ему все события, рассказали о покупке мертвых душ, о намерении увезти губернаторскую дочку и сбили его совершенно
с толку, так что сколько ни продолжал он стоять на одном и том же месте, хлопать левым глазом и бить себя платком по
бороде, сметая оттуда табак, но ничего решительно не мог понять.
Садись, дядя Митяй!» Сухощавый и длинный дядя Митяй
с рыжей
бородой взобрался на коренного коня и сделался похожим на деревенскую колокольню, или, лучше, на крючок, которым достают воду в колодцах.