Была у Жукова еще аллегорическая картина «После потопа», за которую совет профессоров присудил ему первую премию в пятьдесят рублей, но деньги выданы не были, так как Жуков был вольнослушателем, а премии выдавались только штатным ученикам. Он тогда был в классе профессора Савицкого, и последний о нем отзывался так...
А все-таки, думается, выдай ему училище пятьдесят рублей, мы, может быть, увидели бы крупного, оригинального художника — это ждали и Савицкий и товарищи, верившие в его талант…
А при жизни С. И. Грибков не забывал товарищей. Когда разбил паралич знаменитого В. В. Пукирева и он жил в бедной квартирке в одном из переулков на Пречистенке, С. И. Грибков каждый месяц посылал ему пятьдесят рублей с кем-нибудь из своих учеников. О В. В. Пукиреве С. И. Грибков всегда говорил с восторгом...
За работу Н. И. Струнникову Брокар денег не давал, а только платил за него пятьдесят рублей в училище и содержал «на всем готовом». А содержал так: отвел художнику в сторожке койку пополам с рабочим, — так двое на одной кровати и спали, и кормил вместе со своей прислугой на кухне. Проработал год Н. И. Струнников и пришел к Брокару...
Так назывался запечатанный хрустальный графин, разрисованный золотыми журавлями, и в нем был превосходный коньяк, стоивший пятьдесят рублей. Кто платил за коньяк, тот и получал пустой графин на память. Был даже некоторое время спорт коллекционировать эти пустые графины, и один коннозаводчик собрал их семь штук и показывал свое собрание с гордостью.
— Я не внимал его речам, но он, усилясь надо мною и взяв меня с помощию своих людей, вынес и положил в кибитку; но вспомня, что надобны мне деньги, дал мне кошелек, в котором было только пятьдесят рублей.
Место это давало от семи до десяти тысяч в год, и Облонский мог занимать его, не оставляя своего казенного места. Оно зависело от двух министерств, от одной дамы и от двух Евреев, и всех этих людей, хотя они были уже подготовлены, Степану Аркадьичу нужно было видеть в Петербурге. Кроме того, Степан Аркадьич обещал сестре Анне добиться от Каренина решительного ответа о разводе. И, выпросив у Долли пятьдесят рублей, он уехал в Петербург.
— Приятное столкновенье, — сказал голос того же самого, который окружил его поясницу. Это был Вишнепокромов. — Готовился было пройти лавку без вниманья, вдруг вижу знакомое лицо — как отказаться от приятного удовольствия! Нечего сказать, сукна в этом году несравненно лучше. Ведь это стыд, срам! Я никак не мог было отыскать… Я готов тридцать рублей, сорок рублей… возьми пятьдесят даже, но дай хорошего. По мне, или иметь вещь, которая бы, точно, была уже отличнейшая, или уж лучше вовсе не иметь. Не так ли?
Ну-с, итак: восемь гривен картуз, два рубля двадцать пять прочее одеяние, итого три рубля пять копеек; рубльпятьдесят сапоги — потому что уж очень хорошие, — итого четыре рубляпятьдесят пять копеек, да пять рублей все белье — оптом сторговались, — итого ровно девять рублейпятьдесят пять копеек.
Аппарат купил, модель дорогая, как по мне, так неплохая, всё-таки двести пятьдесят рублей стоит, с другой стороны, дороже в магазине просто не нашлось.
Пятьдеся́т рубле́й (50 рубле́й) (разг. полтинник) — традиционная банкнота России, Российской империи, СССР и многих государств и образований (в том числе Германии) на их территории номиналом 50 рублей; традиционный цвет — серо-зелёный. В период стабильности — одна из самых крупных купюр страны; в Советском Союзе на протяжении 57 лет, с 1934 по 1991 год — вторая по номиналу (после 100 рублей) купюра. (Википедия)
Пятьдеся́т рубле́й (50 рубле́й) (разг. полтинник) — традиционная банкнота России, Российской империи, СССР и многих государств и образований (в том числе Германии) на их территории номиналом 50 рублей; традиционный цвет — серо-зелёный. В период стабильности — одна из самых крупных купюр страны; в Советском Союзе на протяжении 57 лет, с 1934 по 1991 год — вторая по номиналу (после 100 рублей) купюра.
Аппарат купил, модель дорогая, как по мне, так неплохая, всё-таки двести пятьдесят рублей стоит, с другой стороны, дороже в магазине просто не нашлось.
– С вас тысяча триста пятьдесят рублей! – кокетливо сказала молодая продавщица, скользнув взглядом по сильным рукам наёмника.
Оно располагалось в деловом квартале и стоило недорого – всего семьсот пятьдесят рублей за квадратный метр в месяц.
