В такую только ночь и можно идти спокойно по этому бульвару, не рискуя быть ограбленным, а то и убитым ночными завсегдатаями, выходящими из своих трущоб в грачевских переулках и Арбузовской крепости, этого громадного бывшего
барского дома, расположенного на бульваре.
За Нарышкинским сквером, на углу Малой Дмитровки, против Страстного монастыря, в старинном
барском доме много лет помещалось «Общество любителей художеств», которое здесь устраивало модные тогда «Периодические выставки».
Кроме того, два больших заброшенных
барских дома дворян Чебышевых, с флигелями, на Козихе и на Большой Бронной почти сплошь были заняты студентами.
Неточные совпадения
В старину Дмитровка носила еще название Клубной улицы — на ней помещались три клуба: Английский клуб в
доме Муравьева, там же Дворянский, потом переехавший в
дом Благородного собрания; затем в
дом Муравьева переехал Приказчичий клуб, а в
дом Мятлева — Купеческий.
Барские палаты были заняты купечеством, и
барский тон сменился купеческим, как и изысканный французский стол перешел на старинные русские кушанья.
С переездом управы в новое здание на Воскресенскую площадь
дом занял Русский охотничий клуб, роскошно отделав загаженные канцеляриями
барские палаты.
После смерти Шувалова, в конце девяностых годов, Волконский сдал свой
дом в аренду кондитеру Завьялову. На роскошном
барском особняке появилась вывеска...
А что к Фирсанову попало — пиши пропало! Фирсанов давал деньги под большие, хорошие
дома — и так подведет, что уж
дом обязательно очутится за ним. Много
барских особняков и доходных
домов сделалось его добычей. В то время, когда А. П. Чехова держал за пуговицу Сергиенко, «Сандуны» были еще только в залоге у Фирсанова, а через год перешли к нему…
Это был огромный
дом казарменно-аракчеевского стиля, с
барской роскошной раздевальной — создание известного архитектора двадцатых годов.
Захару он тоже надоедал собой. Захар, отслужив в молодости лакейскую службу в
барском доме, был произведен в дядьки к Илье Ильичу и с тех пор начал считать себя только предметом роскоши, аристократическою принадлежностью дома, назначенною для поддержания полноты и блеска старинной фамилии, а не предметом необходимости. От этого он, одев барчонка утром и раздев его вечером, остальное время ровно ничего не делал.
Вот и порешили господа, что лечить меня больше нечего, а в
барском доме держать калек неспособно… ну, и переслали меня сюда — потому тут у меня родственники есть.
Изредка выводили пред окна
барского дома и подкатывали им порожнюю винную бочку, утыканную гвоздями; медведь обнюхивал ее, потом тихонько до нее дотрагивался, колол себе лапы, осердясь толкал ее сильнее, и сильнее становилась боль.
Неточные совпадения
— Чего пускать! — вмешался Захар. — Придет, словно в свой
дом или в трактир. Рубашку и жилет
барские взял, да и поминай как звали! Давеча за фраком пожаловал: «дай надеть!» Хоть бы вы, батюшка Андрей Иваныч, уняли его…
Хотя все сундуки были еще на ее руках и она не переставала рыться в них, перекладывать, развешивать, раскладывать, но ей недоставало шуму и суетливости
барского, обитаемого господами, деревенского
дома, к которым она с детства привыкла.
— А это на что похоже, что вчера только восемь фунтов пшена отпустила, опять спрашивают: ты как хочешь, Фока Демидыч, а я пшена не отпущу. Этот Ванька рад, что теперь суматоха в
доме: он думает, авось не заметят. Нет, я потачки за
барское добро не дам. Ну виданное ли это дело — восемь фунтов?
Она полагала, что в ее положении — экономки, пользующейся доверенностью своих господ и имеющей на руках столько сундуков со всяким добром, дружба с кем-нибудь непременно повела бы ее к лицеприятию и преступной снисходительности; поэтому, или, может быть, потому, что не имела ничего общего с другими слугами, она удалялась всех и говорила, что у нее в
доме нет ни кумовьев, ни сватов и что за
барское добро она никому потачки не дает.
Соседи рады были угождать малейшим его прихотям; губернские чиновники трепетали при его имени; Кирила Петрович принимал знаки подобострастия как надлежащую дань;
дом его всегда был полон гостями, готовыми тешить его
барскую праздность, разделяя шумные, а иногда и буйные его увеселения.