Неточные совпадения
Помню, в 1882 году
я дал четверостишие для «Будильника» по поводу памятника Пушкину: на Тверском бульваре, по одну сторону памятника жил обер-полицмейстер генерал Козлов, а по другую,
тоже почти рядом, помещались «Московские ведомости» и квартира М.Н. Каткова...
— Да вот так же, вам всегда везет, и сейчас
тоже! Вчера приехал ко
мне мой бывший денщик, калмык, только что из полка отпущенный на льготу! Прямо с поезда, проездом в свой улус, прежде ко
мне повидаться, к своему командиру…
Я еду на поезд — а он навстречу на своем коне… Триста монет ему давали в Москве — не отдал! Ну,
я велел ему дожидаться, — а вышло кстати… Вот он вас проводит, а потом и мою лошадь приведет… Ну, как, довольны? — и хлопнул
меня по плечу.
Иногда, когда Иван отставал,
я сдерживал моего Тебенька, — но сын славного Дир-боя, отмахав верст двадцать, был свеж, только фырчит, ноздри раздувает, а повода не спускает, все попрашивает. И у калмыка хорош конь —
тоже свеж.
Я прочел отрывки из моей поэмы, причем старушка не раз прослезилась, а Иван Иванович
тоже расчувствовался и сказал...
—
Я тоже готовлю том своих сочинений! — важно заявил Н.П. Чугунов.
Когда
мне это рассказывали,
тоже хохотали.
Они уходят,
я надеваю фрак и хочу идти. Звонок. Входят еще трое: мой знакомый, старый москвич Шютц, корреспондент какой-то венской газеты, другой,
тоже знакомый, москвич, американец Смит, который
мне представляет типичнейшего американского корреспондента газеты. Корреспондент ни слова по-русски, ему переводит Смит. Целый допрос. Каждое слово американец записывает.
В корреспондентском бюро
меня тоже встретили овацией русские и иностранные корреспонденты. Интервьюировали, расспрашивали, осматривали, фотографировали. Художник Рубо зарисовал
меня. Американцы и англичане ощупывали мои бицепсы и только тогда поверили, что все написанное — правда, что
я мог вынести эту давку.
Позднее
я узнал, что это один из ростовщиков популярного антрепренера М.В. Лентовского. Он держал для видимости довольно приличный винный погребок и гастрономический магазин, а на самом деле был шулер и ростовщик. От одного из таких же типов,
тоже шулера,
я узнал, что брюнет до этого, имея кличку Пашки-Шалуна, был карманником у Рязанского вокзала, а позднее работал по этим же делам в поездах.
Я об этом рассказал Н.И. Пастухову.
А в городе хозяин ходит, как граф, пользу да штраф, да прибыль, провизия, значит, не в ремизе
я, а там на товар процент дает хороший дивиденд, а уж при подряде своего
тоже не упустим, такого Петра Кириллова запустим, что на поди! Значит, пей да гуляй, да певиц бриллиантами наделяй, а ежели учинишь дебош, адвокат у нас хорош, это нам не в убытки, потому прибытки прытки».
«Что
мне в вашей вине,
я верю, что вас
тоже подвели. Кто писал? Нигилист какой-нибудь?»
— Да
я тоже не могу, Николай Иванович… — сознался шепотом «лингвист».
Кроме Л.Л. Белянкина,
я был знаком еще с писателем Даниловым, работавшим в «Развлечении»
тоже с 1859 года, с самого основания журнала.
— Да, вот тебе смешно, а
я чуть места не лишился, а Пазухин здесь
тоже ни при чем, он этот анекдот стибрил из старинного «Развлечения»!
В 1885 году, 1 января, выползли на свет две газетки, проползли сколько могли и погибли
тоже почти одновременно, незаметно, никому не нужные.
Я помню, что эти газетки были — и только,
мне было не до них.
Я с головой ушел в горячую работу в «Русских ведомостях», мешать эти газетки
мне не могли, настолько они были пусты и безжизненны.
Дня через три после этого
меня вызвали в Выставочный комитет и предложили
мне командировку — отправиться по Волге, посетить редакции газет в Казани, в Самаре, в Симбирске и в Саратове и написать в газетах по статье о выставке, а потом предложили проехать на кавказские курорты и
тоже написать в курортных газетах.
Амфитеатров по телефону передал
мне, что его осаждают знакомые и незнакомые просьбами поместить опровержение и что тот самый сотрудник, который предложил
мне взятку, был у него
тоже и привозил деньги за объявления в газету, но редакция отказала наотрез печатать их.
Наконец старик со слезами опустился на колени,
я тоже перед ним встал на колени, обнялись крепко, и оба расплакались.
Неточные совпадения
«Не влюблена ль она?» — «В кого же? // Буянов сватался: отказ. // Ивану Петушкову —
тоже. // Гусар Пыхтин гостил у нас; // Уж как он Танею прельщался, // Как мелким бесом рассыпался! //
Я думала: пойдет авось; // Куда! и снова дело врозь». — // «Что ж, матушка? за чем же стало? // В Москву, на ярманку невест! // Там, слышно, много праздных мест» — // «Ох, мой отец! доходу мало». — // «Довольно для одной зимы, // Не то уж дам хоть
я взаймы».
Достаточно сказать только, что есть в одном городе глупый человек, это уже и личность; вдруг выскочит господин почтенной наружности и закричит: «Ведь
я тоже человек, стало быть,
я тоже глуп», — словом, вмиг смекнет, в чем дело.
Мне лягушку хоть сахаром облепи, не возьму ее в рот, и устрицы
тоже не возьму:
я знаю, на что устрица похожа.
— Давненько не брал
я в руки шашек! — говорил Чичиков, подвигая
тоже шашку.
—
Я тоже,
я с большим удовольствием… Но вот обстоятельство — нужно посетить родственника генерала Бетрищева. Есть некто полковник Кошкарев…