Неточные совпадения
Старик посмотрел на меня, опуская одну седую бровь и
поднимая другую,
поднял очки на лоб, как забрало, вынул огромный синий носовой платок и, утирая им нос, с важностью сказал...
Отец мой вышел из комнаты и через минуту возвратился; он принес маленький образ, надел мне на шею и сказал, что им благословил его отец, умирая. Я был тронут, этот религиозный подарок показал мне меру страха и потрясения в душе
старика. Я стал на колени, когда он надевал его; он
поднял меня, обнял и благословил.
Сверх дня рождения, именин и других праздников, самый торжественный сбор родственников и близких в доме княжны был накануне Нового года. Княжна в этот день
поднимала Иверскую божию матерь. С пением носили монахи и священники образ по всем комнатам. Княжна первая, крестясь, проходила под него, за ней все гости, слуги, служанки,
старики, дети. После этого все поздравляли ее с наступающим Новым годом и дарили ей всякие безделицы, как дарят детям. Она ими играла несколько дней, потом сама раздаривала.
Два инвалида стали башкирца раздевать. Лицо несчастного изобразило беспокойство. Он оглядывался на все стороны, как зверок, пойманный детьми. Когда ж один из инвалидов взял его руки и, положив их себе около шеи,
поднял старика на свои плечи, а Юлай взял плеть и замахнулся, тогда башкирец застонал слабым, умоляющим голосом и, кивая головою, открыл рот, в котором вместо языка шевелился короткий обрубок.
Тем временем Иван и Григорий
подняли старика и усадили в кресла. Лицо его было окровавлено, но сам он был в памяти и с жадностью прислушивался к крикам Дмитрия. Ему все еще казалось, что Грушенька вправду где-нибудь в доме. Дмитрий Федорович ненавистно взглянул на него уходя.
— Ах, да встань же ты, папахен! — досадливо принялась Анна Петровна
подымать старика с колен. — Ну, что это, право, за глупости!.. Это, наконец, скучно!.. Я рассержусь, папахен, слышишь ли? И чего тебе от меня хочется, понять не могу!
Неточные совпадения
Старик поднял глаза и произнес с расстановкою:
Сына своего она любила и боялась несказанно; управление имением предоставила Василию Ивановичу — и уже не входила ни во что: она охала, отмахивалась платком и от испуга
подымала брови все выше и выше, как только ее
старик начинал толковать о предстоявших преобразованиях и о своих планах.
Проходя мимо слепого, они толкнули
старика, ноги его подогнулись, он грузно сел на мостовую и стал щупать булыжники вокруг себя, а мертвое лицо
поднял к небу, уже сплошь серому.
Количество людей во фраках возрастало, уже десятка полтора кричало, окружая стол, —
старик, раскинув руки над столом, двигал ими в воздухе, точно плавая, и кричал,
подняв вверх багровое лицо:
Старик поднял руку над плечом своим, четыре пальца сжал в кулак, а большим указал за спину: