Неточные совпадения
Появление славянофилов как школы и как
особого ученья было совершенно на месте; но если б у них не нашлось другого знамени, как православная хоругвь, другого идеала, как «Домострой» и очень русская, но чрезвычайно тяжелая жизнь допетровская, они прошли бы курьезной партией оборотней и чудаков, принадлежащие другому
времени.
В этом обществе была та свобода неустоявшихся отношений и не приведенных в косный порядок обычаев, которой нет в старой европейской жизни, и в то же
время в нем сохранилась привитая нам воспитанием традиция западной вежливости, которая на Западе исчезает; она с примесью славянского laisser-aller, [разболтанности (фр.).] а подчас и разгула, составляла
особый русский характер московского общества, к его великому горю, потому что оно смертельно хотело быть парижским, и это хотение, наверное, осталось.
Неточные совпадения
После этого он будто бы жил еще долгое
время в собственном имении, где и удалось ему положить начало целой
особи короткоголовых (микрокефалов), которые существуют в доднесь.
Тогда он не обратил на этот факт надлежащего внимания и даже счел его игрою воображения, но теперь ясно, что градоначальник, в видах собственного облегчения, по
временам снимал с себя голову и вместо нее надевал ермолку, точно так, как соборный протоиерей, находясь в домашнем кругу, снимает с себя камилавку [Камилавка (греч.) —
особой формы головной убор, который носят старшие по чину священники.] и надевает колпак.
Кроме того, вы брат
особы, которая меня очень интересовала, и, наконец, от самой этой
особы в свое
время я ужасно много и часто слыхал о вас, из чего и заключил, что вы имеете над нею большое влияние; разве этого мало?
— Э-эх! Посидите, останьтесь, — упрашивал Свидригайлов, — да велите себе принести хоть чаю. Ну посидите, ну, я не буду болтать вздору, о себе то есть. Я вам что-нибудь расскажу. Ну, хотите, я вам расскажу, как меня женщина, говоря вашим слогом, «спасала»? Это будет даже ответом на ваш первый вопрос, потому что
особа эта — ваша сестра. Можно рассказывать? Да и
время убьем.
Ибо об чем, о Господи, об чем мог говорить в то
время такой человек, как Версилов, с такою
особою, как моя мать, даже и в случае самой неотразимой любви?