Неточные совпадения
Я тут видел его в первый раз; он
ехал верхом возле
кареты, в которой сидели вдовствующая императрица и молодая.
Отец мой вовсе не раньше вставал на другой день, казалось, даже позже обыкновенного, так же продолжительно пил кофей и, наконец, часов в одиннадцать приказывал закладывать лошадей. За четвероместной
каретой, заложенной шестью господскими лошадями,
ехали три, иногда четыре повозки: коляска, бричка, фура или вместо нее две телеги; все это было наполнено дворовыми и пожитками; несмотря на обозы, прежде отправленные, все было битком набито, так что никому нельзя было порядочно сидеть.
В четвероместной
карете «работы Иохима», что не мешало ей в пятнадцатилетнюю, хотя и покойную, службу состареться до безобразия и быть по-прежнему тяжелее осадной мортиры, до заставы надобно было
ехать час или больше.
Губернатор Рыхлевский
ехал из собрания; в то время как его
карета двинулась, какой-то кучер с небольшими санками, зазевавшись, попал между постромок двух коренных и двух передних лошадей. Из этого вышла минутная конфузия, не помешавшая Рыхлевскому преспокойно приехать домой. На другой день губернатор спросил полицмейстера, знает ли он, чей кучер въехал ему в постромки и что его следует постращать.
В половине 1825 года Химик, принявший дела отца в большом беспорядке, отправил из Петербурга в шацкое именье своих братьев и сестер; он давал им господский дом и содержание, предоставляя впоследствии заняться их воспитанием и устроить их судьбу. Княгиня
поехала на них взглянуть. Ребенок восьми лет поразил ее своим грустно-задумчивым видом; княгиня посадила его в
карету, привезла домой и оставила у себя.
Когда мы
ехали домой, весть о таинственном браке разнеслась по городу, дамы ждали на балконах, окна были открыты, я опустил стекла в
карете и несколько досадовал, что сумерки мешали мне показать «молодую».
— Позвольте, я ничего не понимаю, у вас
карета, а
едете — вы сосчитайте — генерал, вы, Менотти, Гверцони, Саффи и Мордини… Где вы сядете?
Если б я вчера знал, что будут такие затруднения, я пригласил бы Гарибальди
ехать по железной дороге, теперь это потому нельзя, что я не отвечаю, найдем ли мы
карету или коляску у теддингтонской станции.
…Пора было
ехать. Гарибальди встал, крепко обнял меня, дружески простился со всеми — снова крики, снова ура, снова два толстых полицейских, и мы, улыбаясь и прося, шли на брешу; снова «God bless you, Garibaldi, for ever», [Бог да благословит вас, Гарибальди, навсегда (англ.).] и
карета умчалась.
В тесной толпе ему было душно; в лодку он садился с неверною надеждою добраться благополучно до другого берега, в
карете ехал, ожидая, что лошади понесут и разобьют.
Палтусов простоял еше минут с пять. Жандармы ругались с кучерами линеек.
Кареты поехали вереницей. Купцы рассаживались в крытые дрожки. Певчие, артельщики, похоронные старухи и всякий сброд чуть не дрались, влезая в линейки; народ шлепал по грязи… Начало опять моросить.
Неточные совпадения
И скоро звонкий голос Оли // В семействе Лариных умолк. // Улан, своей невольник доли, // Был должен
ехать с нею в полк. // Слезами горько обливаясь, // Старушка, с дочерью прощаясь, // Казалось, чуть жива была, // Но Таня плакать не могла; // Лишь смертной бледностью покрылось // Ее печальное лицо. // Когда все вышли на крыльцо, // И всё, прощаясь, суетилось // Вокруг
кареты молодых, // Татьяна проводила их.
Наконец за
каретами следовало несколько пустых дрожек, вытянувшихся гуськом, наконец и ничего уже не осталось, и герой наш мог
ехать.
Что ж? умереть так умереть! потеря для мира небольшая; да и мне самому порядочно уж скучно. Я — как человек, зевающий на бале, который не
едет спать только потому, что еще нет его
кареты. Но
карета готова… прощайте!..
Всякий раз, как я на нее взгляну, мне все кажется, что
едет карета, а из окна
кареты выглядывает розовое личико.
Когда перевозить туда мой будут дом, // Тогда под музыкой с приятелями в нём, // Пируя за большим столом, // На новоселье я
поеду, как в
карете».