Неточные совпадения
После этого несколько человек солдат тщательно обыскивали каждого переданного им арестанта, осматривали его вещи и затем накладывали
на людей попарно наручники, так что правая
рука одного была связана
с левой
рукой другого.
— Кроме того, я держу в
руках обоих отцов: одного надеждой
на обладание Ольгой Хлебниковой, а другого возможностью брака
с Селезневой…
— Чем могу служить? — холодно спросил он Савина, указав
рукою на кресло, стоявшее у стола, и не поднимаясь сам
с места.
— В день похорон неожиданно вернулся из Петербурга отец. Должно быть, он был потрясен глубоко. Он опустился перед гробом
на колени и со слезами целовал холодную
руку покойницы.
С этой минуты мы не разлучались. Казалось, он хотел вознаградить меня за все зло, которое сделал моей матери.
Бесстрастный представитель обвинения, опираясь
на текст статей закона, нарушенных подсудимым, требует его обвинения, а следовательно, и соединенного
с ним изгнания из того общества, которое еще вчера чуть не носило его
на руках и не целовало следов от его ног, обутых в щегольские ботинки.
— Сгоревший дом и имущество стоили вдвое, чем то, что я получил из страхового общества, но я считал и считаю это для себя возмездием за то, что я погубил привязавшуюся ко мне молодую женщину, от которой отделяла меня неравность общественного положения и воспитания. Настоящий суд надо мной тяжел мне, но не как суд, могущий лишить меня доброго имени и признать поджигателем — я глубоко убежден, что
на это не поднимется
рука судей совести — а как воспоминание о покойной, так трагически покончившей
с собою.
На террасе роскошной дачи графа Петра Васильевича Вельского сидела Ольга Николаевна Хлебникова
с книжкой в
руках, задумчиво склоня
на перила свою прекрасную головку.
Графиня Надежда Корнильевна стояла спиной к нему
на коленях перед киотом
с образами, и держала в
руке чей-то портрет.
В ушах,
на груди и
на руках Ольги Ивановны Хлебниковой тоже блестели драгоценные камни, хотя и не выдерживавшие сравнения
с украшениями певицы, но и о них там, в Отрадном, молодая девушка не смела и мечтать.
— Не бесись, сердечный… У тебя там нож под сюртуком, зарезать хочешь? Смотри, не просчитайся! Все наши
с тобой дела, как я уже говорил тебе, в
руках третьего человека, и тронь ты один волос у меня
на голове, он пустит их в ход! Одним словом, клянусь тебе честью каторжника — и жить, и погибать мы будем вместе.
Вошел граф Петр Васильевич и, нежно поцеловав у жены
руку, опустился рядом
с ней
на диван.
— И эти поручения были связаны
с находившимися у него
на руках денежными суммами?
— И ты, Брут! — встретил упреком Николая Герасимовича Владимир Игнатьевич. — И даже со смертоносным оружием, — указал он
рукой на ящик
с пистолетами, который держал в
руках Савин.
— Он был бледен, как полотно, и сидел, как приговоренный к смерти. Выбрав удобную минуту, он ушел. Несомненно, что это дело его
рук и, быть может, даже не
с одной целью свалить
на Дмитрия Павловича свою вину он подсовывал ему ключи…
— Она, она!.. — как бы про себя прошептал Корнилий Потапович. — Знал ли я ее?.. Как еще знал,
с колыбели
на моих
руках она и выросла… Мы
с покойным барином почитай ее сами выкормили.
Другой мир, мир создания идеалов вместе
с подругами, развернулся перед девочкой, и хотя Капитолина Андреевна, ввиду того, что «благодетель» попав в
руки одной «пройдохи-танцовщицы», стал менее горячо относиться к приготовляемому ему лакомому куску, и не дала Вере Семеновне кончить курс, но «иной мир» уже возымел свое действие
на душу молодой девушки, и обломать ее
на свой образец и подвести под своеобразные рамки ее дома для Каоитолины Андреевны представлялось довольно затруднительно, особенно потому, что она не догадывалась о причине упорства и начала выбивать «дурь» из головы девчонки строгостью и своим авторитетом матери.
Он было схватил ее в свои объятия, но она выскользнула из его
рук и бегом побежала в другую комнату, то был ее будуар… Глаза у нее разбежались от туалетных принадлежностей, которые были установлены
на изящный столик из перламутра
с большим зеркалом в такой же раме; платяной шкаф был отворен, в нем висело несколько изящных платьев и среди них выдавался великолепный пеньюар.
Когда гости разъехались и молодые остались одни в гостиной — Анна Александровна занялась
с прислугой приведением в порядок столовой — Елизавета Петровна подошла к мужу и, положив ему
руки на плечи, склонилась головой ему
на грудь и вдруг заплакала.
Через неделю после того, как он проводил ее
на Николаевский вокзал,
на его имя было получено заказное письмо
с русским адресом, написанное писарскою
рукою.
Неточные совпадения
В сей утомительной прогулке // Проходит час-другой, и вот // У Харитонья в переулке // Возок пред домом у ворот // Остановился. К старой тетке, // Четвертый год больной в чахотке, // Они приехали теперь. // Им настежь отворяет дверь, // В очках, в изорванном кафтане, //
С чулком в
руке, седой калмык. // Встречает их в гостиной крик // Княжны, простертой
на диване. // Старушки
с плачем обнялись, // И восклицанья полились.
Стремит Онегин? Вы заране // Уж угадали; точно так: // Примчался к ней, к своей Татьяне, // Мой неисправленный чудак. // Идет,
на мертвеца похожий. // Нет ни одной души в прихожей. // Он в залу; дальше: никого. // Дверь отворил он. Что ж его //
С такою силой поражает? // Княгиня перед ним, одна, // Сидит, не убрана, бледна, // Письмо какое-то читает // И тихо слезы льет рекой, // Опершись
на руку щекой.
Решась кокетку ненавидеть, // Кипящий Ленский не хотел // Пред поединком Ольгу видеть, //
На солнце,
на часы смотрел, // Махнул
рукою напоследок — // И очутился у соседок. // Он думал Оленьку смутить, // Своим приездом поразить; // Не тут-то было: как и прежде, //
На встречу бедного певца // Прыгнула Оленька
с крыльца, // Подобна ветреной надежде, // Резва, беспечна, весела, // Ну точно та же, как была.
В тоске сердечных угрызений, //
Рукою стиснув пистолет, // Глядит
на Ленского Евгений. // «Ну, что ж? убит», — решил сосед. // Убит!.. Сим страшным восклицаньем // Сражен, Онегин
с содроганьем // Отходит и людей зовет. // Зарецкий бережно кладет //
На сани труп оледенелый; // Домой везет он страшный клад. // Почуя мертвого, храпят // И бьются кони, пеной белой // Стальные мочат удила, // И полетели как стрела.
Я знаю: дам хотят заставить // Читать по-русски. Право, страх! // Могу ли их себе представить //
С «Благонамеренным» в
руках! // Я шлюсь
на вас, мои поэты; // Не правда ль: милые предметы, // Которым, за свои грехи, // Писали втайне вы стихи, // Которым сердце посвящали, // Не все ли, русским языком // Владея слабо и
с трудом, // Его так мило искажали, // И в их устах язык чужой // Не обратился ли в родной?