Неточные совпадения
При этом же офицере,
что теперь
ведет партию,
что хошь тащи, только чтобы было всегда все исправно, да по прибытии на место в Киев, Одессу или Брест, чтобы ничего
не было заметно, а в пути дебоширь сколько хочешь…
— Ну, перестань плакать, теперь слезами
не поможешь, да и ничего опасного для себя я
не вижу в моем аресте, — старался успокоить ее Савин, — пока нет требования о выдаче меня от русской судебной власти. За ношение чужого имени
не Бог
весть какое наказание: недели две ареста, так
что я могу быть освобожден раньше, нежели что-нибудь придет из России.
— Положим, — смеясь продолжал он, — в наш век за это именно надо благодарить больше всего, но
не вас… Вы, видимо,
не от мира сего. Я благодарю вас за радостную, воскрешающую меня
весть и за то,
что вы
не отстранили от себя участие в деле, где замешан я, считающийся «притчей во языцех» целой Европы, почти целого мира…
— Ходят слухи, — продолжал муж,
не обратив внимания на привычный для него эпитет со стороны супруги, —
что эта певица
ведет жизнь далеко
не безупречную, и кто знает,
что может случиться с Ольгой, если она будет бывать у нее.
И дамы, и кавалеры
вели себя безукоризненно сдержано, так как знали от хозяйки,
что у нее в этот день будет молодая особа,
не имеющая никакого понятия об их удовольствиях.
— Нет, я говорю совершенно серьезно… Я
не могу
вести дело с человеком, которого можно обмануть. Я убежден,
что он тоже может обмануть.
На другое утро Маша снова
не пустила Елизавету Петровну к Любовь Аркадьевне, говоря,
что та хотела хорошенько выспаться и
не велела будить себя.
В Москве они
вели веселую жизнь. Николай Герасимович счастливо играл,
что вместе с полученным им остатком его состояния позволяло ему
не отказывать ни в
чем ни себе, ни Мадлен де Межен.
— Клянусь тебе, я сам ничего
не понимаю! С Ольгой Ивановной я
вел себя, как брат. Бывали случаи,
что я бесился на тебя за твою холодность и старался заставить тебя ревновать, но с тех пор, как понял,
что ты слишком чиста и высока для ревности, я
веду себя так же честно.
Бог
весть,
что было бы с ней, если бы за нее
не вступилась прибежавшая на крик брюнетка.
На другой день утром Елизавета Петровна Дубянская, однако, все-таки поехала к Сергею Павловичу, но
не застала его дома. Ей сказали,
что он будет
не ранее шести часов вечера. С этою
вестью она вернулась домой.
Авторитет этот был далеко
не силен, а строгость вбила «дурь» только еще глубже, а
не выбила наружу. Настойчивость и поспешность со стороны Усовой
повела лишь к тому,
что Вера Семеновна на одно из писем Савина, предлагавшего бежать к нему, ответила согласием отдаться под его покровительство.
Не будучи в состоянии забыть вчерашнее роковое «зачем», Неволин
вел себя более,
чем сдержанно, и начал беседу с графиней только как с пациенткой.
— Может, у вас там с графиней все и по хорошему, по чести и по-божески, да на людской роток не накинешь платок, в городе
не весть что про вас болтают, а граф не из таких, чтобы вынести позор своей фамилии…
Кабы была жива родимая матушка, побежала бы она к ней, как бывало, прижала бы к ее груди свое зардевшееся личико, передала бы ей, что томит ее что-то неведомое,
не весть что под сердце подкатывается, невесть какие мысли в голове ходуном ходят, спать ей не дают, младешеньке.
Неточные совпадения
«Я?» — «Да, Татьяны именины // В субботу. Оленька и мать //
Велели звать, и нет причины // Тебе на зов
не приезжать». — // «Но куча будет там народу // И всякого такого сброду…» — // «И, никого, уверен я! // Кто будет там? своя семья. // Поедем, сделай одолженье! // Ну,
что ж?» — «Согласен». — «Как ты мил!» // При сих словах он осушил // Стакан, соседке приношенье, // Потом разговорился вновь // Про Ольгу: такова любовь!
«Ну,
что соседки?
Что Татьяна? //
Что Ольга резвая твоя?» // — Налей еще мне полстакана… // Довольно, милый… Вся семья // Здорова; кланяться
велели. // Ах, милый, как похорошели // У Ольги плечи,
что за грудь! //
Что за душа!.. Когда-нибудь // Заедем к ним; ты их обяжешь; // А то, мой друг, суди ты сам: // Два раза заглянул, а там // Уж к ним и носу
не покажешь. // Да вот… какой же я болван! // Ты к ним на той неделе зван. —
Не мадригалы Ленский пишет // В альбоме Ольги молодой; // Его перо любовью дышит, //
Не хладно блещет остротой; //
Что ни заметит, ни услышит // Об Ольге, он про то и пишет: // И полны истины живой // Текут элегии рекой. // Так ты, Языков вдохновенный, // В порывах сердца своего, // Поешь бог ведает кого, // И свод элегий драгоценный // Представит некогда тебе // Всю
повесть о твоей судьбе.
Собакевича знаешь?» — спросил он и тут же услышал,
что старуха знает
не только Собакевича, но и Манилова, и
что Манилов будет поделикатней Собакевича:
велит тотчас сварить курицу, спросит и телятинки; коли есть баранья печенка, то и бараньей печенки спросит, и всего только
что попробует, а Собакевич одного чего-нибудь спросит, да уж зато всё съест, даже и подбавки потребует за ту же цену.
Ноздрев, возвратившись,
повел гостей осматривать все,
что ни было у него на деревне, и в два часа с небольшим показал решительно все, так
что ничего уж больше
не осталось показывать.