— Ну, что скажете вы теперь, советные мужи Новгорода Великого? Прячьтесь скорей в подпольные норы домов своих, или несите Иоанну на золотом блюде серебряные головы чтимых старцев,
защитников родины. Исполнились слова мои: опустились ваши руки. Кто же из вас будет Иудой-предателем? Спешите, пока все не задохлись еще совестью, пока гнев Божий не разразился над вами смертными стрелами.
— Вы даже улыбнулись, подчеркнув этим неуважение к
защитнику родины и чести армии, — неуважение, на которое я вправе ответить револьверной пулей.
Типичным образцом этих подневольных
защитников родины, носивших на сером картузе крест с словами „за веру и царя“, был для меня денщик отца из государственных крестьян (однодворцев, по тамошнему прозвищу) Чесноков.
— Ну, что скажете вы теперь, советные мужи Новгорода Великого? Прячьтесь скорей в подпольные норы домов своих, или несите Иоанну на золотом блюде серебряные головы чтимых старцев,
защитников родины. Исполнились слова мои: опустились ваши руки. Кто же из вас будет Иудой-предателем? Спешите, пока все не задохлись еще совестью, пока гнев Божий не разразился над вами смертными стрелами.
Неточные совпадения
Можно сказать, что и в среде наших самых выдающихся эмигрантов немного было таких стойких
защитников своего исповедания веры, как Толстой. Имена едва ли только не троих можно привести здесь, из которых один так и умер в изгнании, а двое других вернулись на
родину после падения царского режима: это — Герцен, Плеханов и Кропоткин.
Гремела до тех пор, пока не отошел от платформы поезд, увозивший героев,
защитников маленькой Сербии, на их многострадальную
родину, к возможной смерти, к бесспорной славе…
Даже Ахлёстин, — она считала его все-таки
защитником сословных взглядов, — казался ей искреннее и цельнее Александра Ильича. Она не могла отличить в нем привычки к известного рода дилетантству от убежденности человека, имеющего свои взгляды, способного вдумываться в судьбы всего человечества и своей
родины. Брошюр его она не читала.