Неточные совпадения
Ласковые слова императрицы довершили остальное.
Не стараясь узнать, какое горе терзает его, она с присущими ей мягкостью и тактом обошла этот вопрос
в разговоре с Григорием Александровичем. Она указала ему на тот высокий жребий, который выпадает на его долю велением судьбы, и сказала, что человек, призванный утешать горе многих, должен, если
не забыть о своем, то иметь столько силы
духа, чтобы
не предаваться ему чрезмерно.
— А вы уверены
в ваших хозяевах? Замки
в дверях, кажется,
не особенно надежды… Да и прислуга… — шепотом заговорила она, наклонившись почти совсем близко к Степану Сидоровичу и обдавая его запахом сильных
духов.
—
Не вздор, батюшка, ваше сиятельство, а истинную правду говорю, подлое свое окаянство как на
духу все открываю, чувствую я, что помру
не нынче завтра, так
не хочу
в могилу сойти с тайной от вашего сиятельства…
— Вот на какие деньги, Анфисушка, разжились мы с Виктором Сергеевичем… Он, покойничек, царство ему небесное, об этом,
в могилу сошел,
не узнав… Ни
духу я
не признавалась, ты одна знаешь, суди меня… Разве деньги эти
не петля дьявольская… Господи, прости меня, грешную…
Князь сел за стол
в дурном расположении
духа, ничего
не ел, грыз, по своему обыкновению, ногти, и беспрестанно спрашивал
не едет ли посланник.
Расположение
духа светлейшего было
в то время далеко
не из веселых.
Он имел некоторые часы,
в которые сердце его таяло, иногда от радости, иногда же от сострадания; еще иные,
в которые ему ничто на свете
не нравилось,
не могло восстановить его понуренного
духа.
Чтобы
не видеть уныния на лице других, Потемкин, особливо же
в веселом
духе, расточал свои сокровища,
в другое же слезы невинности и бедности служили орудием к вящему раздражению его гнева; но через несколько мгновений приходил он
в состояние,
в котором о поступке своем раскаивался.
Состояние
духа княгини Зинаиды Сергеевны Святозаровой со дня полученного ею от Аннушки известия о том, что сын, рожденный ею
в Несвицком, появления на свет которого она, как, вероятно,
не забыл читатель, ожидала с таким нетерпением, жив, до самого получения ею ответа на ее письмо от Потемкина и даже после этого ответа, едва ли поддается описанию.
«Царство здесь удовольствий, владычество щедрот твоих; здесь вода, земля и воздух — дыщут все твоей душой. Лишь твоим я благом и живу, и счастлив. Что
в богатстве и
в почестях, что
в великости людей, если мысль — тебя
не видеть —
дух ввергает
в ужас! Стой,
не лети время, и благ наших нас
не лишай! Жизнь наша — путь печали: пусть на ней цветут цветы».
«Верно, Андрей рассказал, что на мне были вчера надеты чулки разные или рубашка наизнанку!» — заключил он и поехал домой
не в духе и от этого предположения, и еще более от приглашения обедать, на которое отвечал поклоном: значит, принял.
Неточные совпадения
Янтарь на трубках Цареграда, // Фарфор и бронза на столе, // И, чувств изнеженных отрада, //
Духи в граненом хрустале; // Гребенки, пилочки стальные, // Прямые ножницы, кривые, // И щетки тридцати родов // И для ногтей, и для зубов. // Руссо (замечу мимоходом) //
Не мог понять, как важный Грим // Смел чистить ногти перед ним, // Красноречивым сумасбродом. // Защитник вольности и прав //
В сем случае совсем неправ.
«
Не спится, няня: здесь так душно! // Открой окно да сядь ко мне». — // «Что, Таня, что с тобой?» — «Мне скучно, // Поговорим о старине». — // «О чем же, Таня? Я, бывало, // Хранила
в памяти
не мало // Старинных былей, небылиц // Про злых
духов и про девиц; // А нынче всё мне тёмно, Таня: // Что знала, то забыла. Да, // Пришла худая череда! // Зашибло…» — «Расскажи мне, няня, // Про ваши старые года: // Была ты влюблена тогда?» —
Он был
не глуп; и мой Евгений, //
Не уважая сердца
в нем, // Любил и
дух его суждений, // И здравый толк о том, о сем. // Он с удовольствием, бывало, // Видался с ним, и так нимало // Поутру
не был удивлен, // Когда его увидел он. // Тот после первого привета, // Прервав начатый разговор, // Онегину, осклабя взор, // Вручил записку от поэта. // К окну Онегин подошел // И про себя ее прочел.
Встает заря во мгле холодной; // На нивах шум работ умолк; // С своей волчихою голодной // Выходит на дорогу волк; // Его почуя, конь дорожный // Храпит — и путник осторожный // Несется
в гору во весь
дух; // На утренней заре пастух //
Не гонит уж коров из хлева, // И
в час полуденный
в кружок // Их
не зовет его рожок; //
В избушке распевая, дева // Прядет, и, зимних друг ночей, // Трещит лучинка перед ней.
Разбудивши
в нем нервы и
дух раздражительности, они заставили замечать все те мелочи, на которые он прежде и
не думал обращать внимание.