Неточные совпадения
Домаша была действительно веселая, разбитная
девушка, умевшая угодить Ксении Яковлевне, войти всецело в ее доверие,
утешить в горе и развеселить в грусти.
И Ермак Тимофеевич, и Ксения Яковлевна чувствовали настроение своей наперсницы и словом ласковым да шуткою старались
утешить или хоть разговорить бедную
девушку.
Семен Иоаникиевич, конечно, сам далеко не думал того, что говорил. Он хорошо понимал все опасности предпринятого Ермаком Тимофеевичем похода в сибирские дебри, но не молодой же
девушке, любящей человека, отправившегося в этот опасный поход, говорить ему было всю горькую правду. Ее надо было
утешить, ободрить. Он это и сделал.
Напрасно Антиповна, Домаша, Мариула и сенные
девушки старались всячески развеселить ее и
утешить, напрасно Яшка изощрялся в своем искусстве на балалайке, а Домаша соловьем разливалась, запевая в хору. Ничто не помогало, молодая княгиня продолжала ходить туча тучей.
Неточные совпадения
«Может быть, и я обладаю «другим чувством», — подумал Самгин, пытаясь
утешить себя. — Я — не романтик, — продолжал он, смутно чувствуя, что где-то близко тропа утешения. — Глупо обижаться на
девушку за то, что она не оценила моей любви. Она нашла плохого героя для своего романа. Ничего хорошего он ей не даст. Вполне возможно, что она будет жестоко наказана за свое увлечение, и тогда я…»
Чтоб
утешить новобрачную, аптекарь пригласил ехать с ними в Вятку молодую
девушку лет семнадцати, дальнюю родственницу его жены; она, еще более очертя голову и уже совсем не зная, что такое «Вьатка», согласилась.
Она была в отчаянии, огорчена, оскорблена; с искренним и глубоким участием смотрел я, как горе разъедало ее; не смея заикнуться о причине, я старался рассеять ее,
утешить, носил романы, сам их читал вслух, рассказывал целые повести и иногда не приготовлялся вовсе к университетским лекциям, чтоб подольше посидеть с огорченной
девушкой.
Девушка оделась и пошла послать дворника за матерью умершей. Товарищ продолжал
утешать мужа. Мне было нечего делать, — я встал уходить.
Наплакавшись вдоволь, молодые
девушки кончили тем, что помирились, и Наталья Федоровна начала
утешать Катю, представляла ей, что разум должен руководить чувством и что отчаяние есть позорная слабость и тяжкий смертный грех.