— Нам надо расстаться. Никто не должен знать, что
я виделась с тобой, главное, не должен знать твой отец!.. Когда ты вернешься к нему?
Неточные совпадения
— Ничего, потому что
я и не заикалась ему об этом. Он, разумеется, спросил бы
меня, почему же ему нельзя
видеться с родной матерью, а на такой вопрос может ответить только отец.
— Права, несомненно, права, — продолжала княгиня Васса Семеновна. — Это говорю
я, потому что знаю, что значит иметь единственного ребенка. То, что вы взяли у нее мальчика, было в порядке вещей: подобная мать не пригодна для воспитания, но то, что теперь, через двена-дцать лет, вы запрещаете ей
видеться с сыном, — жестокость, внушить которую может только ненависть. Как бы ни была велика ее вина — наказание слишком сурово.
— Что случилось? — спросила она, по обыкновению осыпая его бурными ласками. — Отчего ты так поздно?
Я уже потеряла надежду
видеться с тобою сегодня! Что задержало тебя?
— Так-то так, а все же
я велела Архипычу привести его сюда, наказать ему хочу держать язык за зубами, а главное, не
видеться с Таней.
— Живи, доживай свой век на родине, но только чтобы о прошлом ни слова, — сказала княгиня. — Дочь твоей жены у
меня на дворне, так с ней тебе и
видеться незачем… — после некоторой паузы с усилием произнесла княгиня.
— Тебе, может, и ничего… А
мне ведь княжеский запрет положен с тобой
видеться.
«Сколько лет
я с ней перед смертью не
виделся… Может, и изменилась с годами…» — думал Сергей Семенович при каждой особо шокировавшей его выходке племянницы, выходке, далеко, впрочем, не выходившей из рамок светского приличия, но, как ему казалось, не долженствовавшей иметь места у дочери княгини Вассы Семеновны.
— Зачем менять разговор, — воскликнул граф, у которого хладнокровие молодой девушки вырывало из-под ног почву, —
я именно по этому поводу просил вас назначить
мне свидание. Снимите маску! Предо
мной нечего играть комедии…
Я сам
виделся и говорил с Никитой Берестовым.
До самой кончины своей он почти каждый день со
мною виделся, дорожа простою моею беседою, хотя ни привычками, ни образом мыслей, ни нравом мы большею частию друг с другом не сходствовали.
Какой-то генерал просит со
мною увидеться: милости просим; входит ко мне человек лет тридцати пяти, смуглый, черноволосый, в усах, в бороде, сущий портрет Кульнева, рекомендуется мне как друг и сослуживец покойного мужа Ивана Андреевича; он-де ехал мимо и не мог не заехать к его вдове, зная, что я тут живу.
Мне видится длинный ряд бедных изб, до половины занесенных снегом. По тропинке с трудом пробирается мужичок в заплатах. У него висит холстинная сума через плечо, в руках длинный посох, какой носили древние. Он подходит к избе и колотит посохом, приговаривая: «Сотворите святую милостыню». Одна из щелей, закрытых крошечным стеклом, отодвигается, высовывается обнаженная загорелая рука с краюхою хлеба. «Прими, Христа ради!» — говорит голос.
Неточные совпадения
И
я лишен того: для вас // Тащусь повсюду наудачу; //
Мне дорог день,
мне дорог час: // А
я в напрасной скуке трачу // Судьбой отсчитанные дни. // И так уж тягостны они. //
Я знаю: век уж мой измерен; // Но чтоб продлилась жизнь моя, //
Я утром должен быть уверен, // Что с вами днем
увижусь я…
— Ох, не припоминай его, бог с ним! — вскрикнула она, вся побледнев. — Еще третьего дня всю ночь
мне снился окаянный. Вздумала было на ночь загадать на картах после молитвы, да, видно, в наказание-то Бог и наслал его. Такой гадкий
привиделся; а рога-то длиннее бычачьих.
— Ну, брат Грушницкий, жаль, что промахнулся! — сказал капитан, — теперь твоя очередь, становись! Обними
меня прежде: мы уж не
увидимся! — Они обнялись; капитан едва мог удержаться от смеха. — Не бойся, — прибавил он, хитро взглянув на Грушницкого, — все вздор на свете!.. Натура — дура, судьба — индейка, а жизнь — копейка!
— От княгини Лиговской; дочь ее больна — расслабление нервов… Да не в этом дело, а вот что: начальство догадывается, и хотя ничего нельзя доказать положительно, однако
я вам советую быть осторожнее. Княгиня
мне говорила нынче, что она знает, что вы стрелялись за ее дочь. Ей все этот старичок рассказал… как бишь его? Он был свидетелем вашей стычки с Грушницким в ресторации.
Я пришел вас предупредить. Прощайте. Может быть, мы больше не
увидимся, вас ушлют куда-нибудь.
«
Я пишу к тебе в полной уверенности, что мы никогда более не
увидимся.