— Я не знаю, я сама спросила Лелю, была ли она с мужем, а он, вы его знаете, отвечал со смехом, что по внешнему виду около нее мужем
и не пахнет…
Неточные совпадения
— Ничего
не значит… Прознал он вексель-то у него какой, может его за тысчонку, а то
и меньше учел… Видит, дело дрянь, денежки все рано пропадают, дай, думает, потешу дурака… Тебе
и отдал… А ты меня хотел подвести… но только меня трудновато… Нюх есть… ой, какой нюх… Векселя-то эти на ощупь оцениваю… по
запаху цену назначу… Хе, хе, хе… — раскатился старик довольным смехом.
Только очень хорошенькие
и молоденькие женщины употребляют духи нежных
запахов, ласкающие обоняние
и не раздражающие его.
Менее красивые, миловидные
и грациозные, душатся смесью, составляемою ими из разных
запахов, в которой сильные духи парализуются несколько нежными
запахами — секрет этой смеси составляет тайну женщин, которую они
не выдают даже своей задушевной подруге.
Женщины некрасивые или уже чересчур вкусившие от жизни, к числу последних принадлежат
и «милые, но погибшие создания», предпочитают сильные
запахи, действующие на мужские нервы, распаляющие воображение
и таким образом заставляющие
не замечать в этих представительницах прекрасного пола недостатков природы
и изъянов, нанесенных жизнью
и временем.
Они требуют строгой кары
и примерного наказания, прибавляя, что надо наконец обуздать этих разных диких князей, бояр
и пашей, приезжающих в Париж из своих варварских стран
и не умеющих себя держать в цивилизованной свободной стране.
Маргарита Николаевна Строева действительно жила уже несколько месяцев в Петербурге
и около нее, по образному выражению писателя, «мужем
не пахло».
— Было уже со мной это — неужто не помнишь? Строго-настрого запретила я в ту пору, чтоб
и не пахло в доме вином. Только пришло мое время, я кричу: вина! — а мне не дают. Так я из окна ночью выпрыгнула, убежала к Троице, да целый день там в одной рубашке и чуделесила, покуда меня не связали да домой не привезли. Нет, видно, мне с тем и умереть. Того гляди, сбегу опять ночью да где-нибудь либо в реке утоплюсь, либо в канаве закоченею.
И в счастии и в несчастии мы всегда предваряем события. Да и воображение у нас какое-то испорченное: всегда провидит беду, а не благополучие. Еще
и не пахло крестьянской волей, а мы уж кричали: эмансипация! Еще все по горло сыты были, а мы уж на всех перекрестках голосили: голод! голод! Ну, и докричались. И эмансипация и голод действительно пришли. Что ж, легче, что ли, от этого вам, милая тетенька, стало?
Если бы не этот его широкий зад с расходящимися фалдами
и не запах меха от головы, Я сам принял бы его за одного из святых, почтивших Меня своим знакомством.
Неточные совпадения
Промозглый сырой чулан с
запахом сапогов
и онуч гарнизонных солдат, некрашеный стол, два скверных стула, с железною решеткой окно, дряхлая печь, сквозь щели которой шел дым
и не давало тепла, — вот обиталище, где помещен был наш <герой>, уже было начинавший вкушать сладость жизни
и привлекать внимание соотечественников в тонком новом фраке наваринского пламени
и дыма.
Как они делают, бог их ведает: кажется,
и не очень мудреные вещи говорят, а девица то
и дело качается на стуле от смеха; статский же советник бог знает что расскажет: или поведет речь о том, что Россия очень пространное государство, или отпустит комплимент, который, конечно, выдуман
не без остроумия, но от него ужасно
пахнет книгою; если же скажет что-нибудь смешное, то сам несравненно больше смеется, чем та, которая его слушает.
Зажмуря глаза
и приподняв голову кверху, к пространствам небесным, предоставлял он обонянью впивать
запах полей, а слуху — поражаться голосами воздушного певучего населенья, когда оно отовсюду, от небес
и от земли, соединяется в один звукосогласный хор,
не переча друг другу.
Кроме страсти к чтению, он имел еще два обыкновения, составлявшие две другие его характерические черты: спать
не раздеваясь, так, как есть, в том же сюртуке,
и носить всегда с собою какой-то свой особенный воздух, своего собственного
запаха, отзывавшийся несколько жилым покоем, так что достаточно было ему только пристроить где-нибудь свою кровать, хоть даже в необитаемой дотоле комнате, да перетащить туда шинель
и пожитки,
и уже казалось, что в этой комнате лет десять жили люди.
В нем утвердился приятный
запах здорового, свежего мужчины, который белья
не занашивает, в баню ходит
и вытирает себя мокрой губкой по воскресным дням.