Опальный генералиссимус въехал в столицу как бы тайком, медленно
проехал по улицам до пустынной Коломны, остановился в доме Хвостова на Крюковом канале, между Екатерининским каналом и Фонтанкою, и тотчас слег в постель.
Неточные совпадения
С грохотом то и дело
по улицам проезжали телеги, наполненные страшным грузом — почерневшими мертвыми телами. Телеги сопровождались людьми, одетыми в странную вощеную или смоленую одежду, с такими же остроконечными капюшонами на головах и в масках, из-под которых сверкали в большинстве случаев злобные глаза. Телеги медленно ехали
по городу, направляясь к заставам, куда вывозили мертвецов — жертв уже с месяц как наступившего в Москве сильного мора.
Итальянцы — народ, как известно, очень впечатлительный, с восторгом приветствовали эти трофеи. На
улицах толпилось множество народа, до которого и дошло известие о приближении к городу самого «непобедимого Суворова». Толпы ринулись за город и положительно запрудили всю дорогу,
по которой должен был
проезжать великий русский полководец.
Проезжал через Диканьку блаженной памяти архиерей, хвалил место, на котором стоит село, и,
проезжая по улице, остановился перед новою хатою.
Нижний город непривлекателен, и наши путешественники были разочарованы,
проезжая по улицам среди маленьких невзрачных малайских домишек, лепившихся один около другого. Зелени мало, если не считать деревьев по бокам улиц.
Иван (в дверях столовой). Вы боитесь
проехать по улице рядом с человеком, которого злодеи осудили на смерть, хотя человек этот ваш отец, да?
За первой неудачей последовали дальнейшие. Два раза якуты ловили воров на месте и, связанных, отвозили в город, провожая их на всякий случай целыми отрядами. Такими же отрядами являлись они иной раз в слободу, представляя в «правление» ясные указания и улики.
Проезжая по улицам мимо татарских домов, якуты держались насмешливо и гордо, посмеиваясь и вызывая.
Неточные совпадения
А между тем, когда один пьяный, которого неизвестно почему и куда провозили в это время
по улице в огромной телеге, запряженной огромною ломовою лошадью, крикнул ему вдруг,
проезжая: «Эй ты, немецкий шляпник!» — и заорал во все горло, указывая на него рукой, — молодой человек вдруг остановился и судорожно схватился за свою шляпу.
Правда, иногда (особенно в дождливое время) не слишком весело скитаться
по проселочным дорогам, брать «целиком», останавливать всякого встречного мужика вопросом: «Эй, любезный! как бы нам
проехать в Мордовку?», а в Мордовке выпытывать у тупоумной бабы (работники-то все в поле): далеко ли до постоялых двориков на большой дороге, и как до них добраться, и,
проехав верст десять, вместо постоялых двориков, очутиться в помещичьем, сильно разоренном сельце Худобубнове, к крайнему изумлению целого стада свиней, погруженных
по уши в темно-бурую грязь на самой середине
улицы и нисколько не ожидавших, что их обеспокоят.
Через четверть часа я простился с Мардарием Аполлонычем.
Проезжая через деревню, увидел я буфетчика Васю. Он шел
по улице и грыз орехи. Я велел кучеру остановить лошадей и подозвал его.
Кузя, наездник, мастер своего дела,
проехал раза три мимо нас
по улице. Хорошо бежит лошадь, не сбивается, задом не подбрасывает, ногу выносит свободно, хвост отделяет и «держит», редкомах.
Полиция усердно высылала неблагонадежных, осматривала чердаки домов на тех
улицах,
по которым должен был
проехать царь.