Неточные совпадения
Где стоит теперь
дворец великого
князя Сергия Александровича (бывший дом
князей Белосельских), в елизаветинское время находился дом
князя Шаховского; рядом с ним было Троицкое подворье, затем дом гоф-интенданта Кормедона, купленный Бироном, и при императрице Елизавете конфискованный и отданный духовнику императрицы Дубянскому. Далее по Невской перспективе, по Морской и Миллионной, стояли
дворцы и дома вельмож.
— Нет,
князь, не соблазняйте. Варя так вконец избалуется в вашем
дворце. Надо ее приучить и к ее гнезду.
Несмотря на этот прозрачный намек, звание фельдмаршала, по проискам Потемкина, Суворову дано не было, и великолепный
князь Тавриды не хотел даже пригласить увенчанного лаврами последней войны героя на пир, данный им в его новом Таврическом
дворце, по случаю побед, одержанных в эту войну над неверными.
Прискакав в Петербург,
князь Горчаков тотчас же явился во
дворец и убедился, что Павел Петрович его ждет.
На другое утро, около девяти часов, Александр Васильевич уже был во
дворце, одетый в мундир
князя Андрея, пришедшийся ему как раз впору.
Князь Андрей поехал во
дворец и доложил государю, что дядя его был слишком смущен в присутствии его величества, не помнит хорошо, что говорил, крайне огорчен своей неловкостью и т. д., и добавил, что дядя его с радостью подчинится монаршей воле о поступлении на службу.
Напротив, на острове, по преданию, насыпанном искусственно пленными турками, стоял полуразвалившийся
дворец князей Любомирских, в старопольском полуготическом стиле.
Незадолго до начала нашего рассказа, а именно в феврале 1791 года, императрица снова подарила этот
дворец князю Григорию Александровичу, в числе многочисленных милостей и наград, которыми она осыпала его, прибывшего из Ясс с новыми победными лаврами.
Неточные совпадения
Нарышкинский сквер, этот лучший из бульваров Москвы, образовался в половине прошлого столетия. Теперь он заключен между двумя проездами Страстного бульвара, внутренним и внешним. Раньше проезд был только один, внутренний, а там, где сквер, был большой сад во владении
князя Гагарина, и внутри этого сада был тот
дворец, где с 1838 года помещается бывшая Екатерининская больница.
Чем кончу длинный мой рассказ? // Ты угадаешь, друг мой милый! // Неправый старца гнев погас; // Фарлаф пред ним и пред Людмилой // У ног Руслана объявил // Свой стыд и мрачное злодейство; // Счастливый
князь ему простил; // Лишенный силы чародейства, // Был принят карла во
дворец; // И, бедствий празднуя конец, // Владимир в гриднице высокой // Запировал в семье своей.
А теперь стоит на нем // Новый город со
дворцом, // С златоглавыми церквами, // С теремами и садами, // А сидит в нем
князь Гвидон;
К его-то исполнению и приступил великий
князь Николай Павлович. Предоставив свою августейшую мать попечениям и заботам великой княгини, он отправился со своим адъютантом Адлербергом на воинский пост
дворца.
Адлерберг начал набрасывать очерк манифеста, как вдруг великому
князю пришла мысль поручить его редакцию знаменитому историку Карамзину, который находился в это время в Зимнем
дворце. Карамзин часто приходил после смерти императора Александра, и великий
князь Николай Павлович, который ценил как его характер, так и его талант, имел с ним частые беседы. Поэтому он велел позвать его и передал ему необходимые заметки и инструкции.