В городе нашлось даже много сторонников пущенной под сурдинкой Николаем Леопольдовичем мысли, что княжна отравила свою тетку
с согласия последней, потому что они и в Москве так мотали вверенные княгине, как опекунше, деньги сына, что он, Гиршфельд, принужден был отказаться от чести быть их поверенным. Не желая попасть на скамью подсудимых за растрату, княгиня упросила княжну дать ей яду. Как ни нелепо было это предположение, но неудовлетворенное любопытство многих обывателей начало допускать и его.
— Я сжалилась над вами и устроила это, быть может, последнее — это зависит от вас — свидание с вами. Я могла вчера еще сделать то, что вы уже нынче не могли бы надеть этого честного мундира, который вы клялись не надевать до тех пор, пока я не буду,
с согласия ваших родителей, объявлена вашей нареченной невестой. «Подлец», говорили вы тогда, «не должен позорить мундира». А между тем, князь, вы в нем!..
Неточные совпадения
Княжна Маргарита Дмитриевна согласилась жить вместе
с теткой. О
согласии покорной во всем сестре княжны Лиды нечего было и говорить, тем более, что в Москве жил Шатов. Он был единственным яблоком раздора между сестрами.
— Хорошо, я тебе выдам письменное
согласие. Какой может быть тут вопрос. Мы
с тобой слишком близки, составляем, по твоим словам, одно лицо. Какие же тут отчеты?
— Кашу маслом не испортишь, — пословицей выразил отец
согласие с этим мнением.
Она, для спасения мужа из водоворота пагубной страсти, не прибегала к рутинным сценам, но в один прекрасный день, укатив
с его
согласия, на несколько дней в Москву, прислала ему оттуда категорическое письмо о том, что она более не намерена вернуться, но что он, если пожелает, может выйти в отставку и переехать в Москву, где она встретит его верной женой.
С прежней надменной холодностью повторила княжна Анна Васильевна Гарина свое
согласие явившемуся на другой день, предупрежденному уже княгиней, счастливому своей победой, князю Владимиру. Драма, происходившая в душе молодой девушки,
с неподвижным лицом выслушивавшей в продолжение двух месяцев до дня свадьбы вычурные любезности презираемого ею жениха, ее будущего мужа, осталась скрытой в глубине ее загадочной натуры. Через несколько времени она сделалась
с ним даже почти любезна.
Князь совсем растаял и развеселился, и напившись чаю, попросил позволение устроить «на радостях возобновления знакомства и для его крепости» загородный пикник, получил общее
согласие, приказал своему кучеру съездить за экипажами и повез всех в Аркадию, где заказал роскошный ужин
с шампанским и фруктами.
Заручившись
согласием главных персонажей труппы продолжать дело под его руководством, он вступил в открытую борьбу
с запутавшейся в долгах Анной Аркадьевной и конечно вышел победителем.
Восторг Владимира, когда Гиршфельд вернулся домой вместе
с Агнессой Михайловной, и последняя выразила полное
согласие на совместную жизнь, был неописуем.
Вскоре на дачу стали собираться обычные гости. Tete-a-tete Александры Яковлевны
с князем Гариным был нарушен. Позднее других приехал и Николай Леопольдович
с женой, знакомой
с Александрой Яковлевной еще по театру Львенко в Москве. Князь Виктор отправился вместе
с ними в город и не утерпел не рассказать Гиршфельду, по секрету, о полученном, по крайней мере, как ему казалось,
согласии Пальм-Швейцарской быть его женой. Трудно отказать себе в удовольствии поделиться
с кем-нибудь радостью.
Последний выразил по телеграфу свое
согласие, и Егор Анатольевич, сбросив личину, уже по передоверию Гиршфельда, заключил
с Антониной Луганской условие, по которому она соглашалась на залог своих имений в одном из русских банков,
с выдачею ей из полученной залоговой суммы двухсот пятидесяти тысяч рублей.
С этим условием в портфеле он покатил обратно в Петербург.
Несколько раз, видя его мрачным и растерянным, она хотела первая заговорить
с ним, решалась даже дать косвенное
согласие на их брак,
с тем, чтобы она уехали навсегда за границу, но сердце княгини Гариной одерживало после сильной борьбы победу над сердцем матери.
— Я приехала, — между тем продолжала та, — выразить вам лично, как вы этого желали, мое
согласие на брак
с вами моего сына Виктора.
— А между тем вы, ваше сиятельство, являетесь ко мне не
с просьбой, а
с снисходительным выражением вашего
согласия, за которым я к вам, кажется, не обращалась…
— Вот, ваше сиятельство, как переменяются на сцене жизни роли… Несколько лет тому назад я на коленях вместе
с вашим сыном умоляла вас о
согласии на наш брак… Я была тогда, хотя и опозоренная князем Виктором, но еще совершенно молодая, наивная и неиспорченная женщина, почти ребенок, в моих жилах текла и тогда, как течет и теперь, такая же княжеская кровь, как и в ваших детях, но вы не только не изъявили этого
согласия, но выгнали меня со двора, как ненужную собачонку.
— Словом, вы чураетесь меня, как прокаженной, — медленно продолжала Александра Яковлевна, — и если явились ко мне выразить ваше
согласие на брак
с вашим сыном и даже просите моей руки, то это только потому, что я сумела сделать для вашего сына вопрос обладания мною вопросом жизни и смерти. Ко мне приехала не княгиня Гарина, а мать, не желающая потерять своего единственного сына и выбравшая между его смертью и женитьбой на актрисе из этих зол меньшее.
Неточные совпадения
Заметив в себе желание исправить эту погрешность и получив на то
согласие господина градоначальника, я
с должным рачением [Раче́ние — старание, усердие.] завернул голову в салфетку и отправился домой.
С той минуты, как Алексей Александрович понял из объяснений
с Бетси и со Степаном Аркадьичем, что от него требовалось только того, чтоб он оставил свою жену в покое, не утруждая ее своим присутствием, и что сама жена его желала этого, он почувствовал себя столь потерянным, что не мог ничего сам решить, не знал сам, чего он хотел теперь, и, отдавшись в руки тех, которые
с таким удовольствием занимались его делами, на всё отвечал
согласием.
— Ну, Костя, теперь надо решить, — сказал Степан Аркадьич
с притворно-испуганным видом, — важный вопрос. Ты именно теперь в состоянии оценить всю важность его. У меня спрашивают: обожженные ли свечи зажечь или необожженные? Разница десять рублей, — присовокупил он, собирая губы в улыбку. — Я решил, но боюсь, что ты не изъявишь
согласия.
Получив ее
согласие, он заговорил
с женой по-французски о том, что ему еще менее, чем курить, нужно было говорить.
Она призадумалась, не спуская
с него черных глаз своих, потом улыбнулась ласково и кивнула головой в знак
согласия. Он взял ее руку и стал ее уговаривать, чтоб она его поцеловала; она слабо защищалась и только повторяла: «Поджалуста, поджалуста, не нада, не нада». Он стал настаивать; она задрожала, заплакала.