Неточные совпадения
Красота молодой княжны, ее жажда самостоятельности, желание трудиться, быть полезной, не могли не произвести впечатления на юного идеалиста. С особенным увлечением беседовал он с нею долгие вечера. Он
говорил о поэзии жизни, о любви к ближним, об удовольствии сознания принесения
пользы, о сладости даже погибели для
пользы человечества, о мерзости проявления
в человеческих поступках признаков корысти, о суете богатства, о славе, об идеалах.
Он не задавался мечтами о широкой деятельности, не требовал себе обширного горизонта; он
говорил, что можно и достаточно быть полезным
в маленьком кругу, что принесение
пользы надо соразмерять с силами и возможностью человека, он указывал на лепту вдовицы, поставленную Великим Учителем выше богатых приношений.
Надо сознаться, что сам Николай Леопольдович плохо верил
в то, что
говорил княжне, но ему необходимо было как можно скорее устранить князя и сделать княгиню распорядительницей шестовских богатств. Он даже готов был поступиться двумя стами тысяч
в пользу Лиды, надеясь и на них, впрочем, наложить впоследствии свою загребистую лапу, а потому ему было безразлично: умрет ли князь с завещанием, или же без него.
В их мнении он стоял высоко, был их любимцем, почти кумиром, но это, конечно, далеко не
говорило в его
пользу.
Нечего и
говорить, что они все были
в пользу Гиршфельда. Они вместе с князем Шестовым даже, что называется, переусердствовали. Князь прямо заявил, что он считает Николая Леопольдовича честнейшим человеком и своим благодетелем и, если давал против него показания на предварительном следствии, то делал это по наущению барона Розена, а жалобы писал прямо под его диктовку. Почти тоже самое подтвердила и Зыкова.
Казалось, все обстоятельства
говорили в пользу Михайла Максимовича, но дедушка повторял свое: «Хорош парень, ловок и смышлен, а сердце не лежит».
— Да, точно! я вам это сейчас объясню. Если бы он написан был как должно, то есть, как я думал написать его, король принял бы его милостиво. Вспомните, что его величество, не разобрав еще хорошенько адреса, поданного депутацией, потрепал Паткуля по плечу и сказал ему: «Вы
говорите в пользу своего отечества, как истинный патриот; тем больше я вас уважаю».
Неточные совпадения
Чичиков, разумеется, подошел тот же час к даме и, не
говоря уже о приличном приветствии, одним приятным наклоненьем головы набок много расположил ее
в свою
пользу.
Родственники, конечно, родственниками, но отчасти, так сказать, и для самого себя, ибо, — не
говоря уже о
пользе в геморроидальном отношении, — видеть свет и коловращенье людей — есть уже само по себе, так сказать, живая книга и вторая наука.
Родственники, конечно, родственниками, но отчасти, так сказать, и для самого себя; потому что, точно, не
говоря уже о
пользе, которая может быть
в геморроидальном отношенье, одно уже то, чтоб увидать свет, коловращенье людей… кто что ни
говори, есть, так сказать, живая книга, та же наука.
— Молчи ж,
говорят тебе, чертова детина! — закричал Товкач сердито, как нянька, выведенная из терпенья, кричит неугомонному повесе-ребенку. — Что
пользы знать тебе, как выбрался? Довольно того, что выбрался. Нашлись люди, которые тебя не выдали, — ну, и будет с тебя! Нам еще немало ночей скакать вместе. Ты думаешь, что пошел за простого козака? Нет, твою голову оценили
в две тысячи червонных.
— Да сдвинешься ли ты когда-нибудь с места? —
говорил Тарантьев. — Ведь погляди-ка ты на себя: куда ты годишься? Какая от тебя
польза отечеству? Не может
в деревню съездить!