Радом с присяжными заседателями находились места для гражданских истцов и их поверенных, числом более ста человек.
Вся остальная глубина залы, огороженная также деревянной решеткой, была отведена для публики и в это пространство вход был только из средних дверей.
— Я слышал только, что он уехал, но
все остальное в вашем рассказе для меня совершенная новость, — произнес ошеломленный Гиршфельд.
Неточные совпадения
Хотелось бы газетку без предварительной цензуры сварганить, отголоском Москвы ее сделать, серой Москвы — массы, а то сами знаете, какие у нас теперь газеты мелкой-то прессы: одна вопросами о духовенстве
всем оскомину набила, другая — приставодержательством беглых профессоров занимается и в большую играет, а третья, смех и грех, совсем либеральная шипучка, благо ее редактор заведение шипучих вод имеет; об
остальных и говорить нечего —
все можно забить и дело сделать ахтительное.
— На первое время я могу предложить вам триста рублей в месяц. В
остальном вы должны будете подчиняться общему для
всех контракту. Приезжайте нынче вечером в театр и мы его подпишем.
— Ошибаетесь, отец мой, у меня есть оправдание, но оно вместе с тем и ваше обвинение, я истратил
все эти деньги на девушку, которую вы лишили состояния и крова, а я чести и доброго имени, сто тысяч рублей, завещанных словесно на одре смерти моим дядей, князем Иваном, его побочной дочери Александре Яковлевне Гариновой, она получила сполна.
Остальное пошло также на нее и явилось лишь небольшим вознаграждением за то унижение, которое она терпела в доме ее ближайших родственников, в нашем доме.
В возмещение
остальной части гонорара Николая Леопольдовича Луганский совершил вторую закладную на имение Комаровка на имя Стефании Павловны Гиршфельд, на сумму сто пятьдесят тысяч рублей и арендный договор на то же имение на четыре года, по пяти тысяч рублей в год, расписавшись в получении за
все время аренды вперед.
Стоит только разыскать пропавшего Князева, и суд заставит его дать отчет по опеке и сдать
остальные капиталы, тогда вы снова богатые люди. Конечно, не то что прежде, но все-таки будете себе жить да поживать припеваючи. Так говорили Охотников, Кашин и «дедушка» Милашевич. Они действовали с расчетом, им
всем была на руку продолжающаяся открытая жизнь Шестова и Зыковой. Было где провести весело время, было где перехватить деньжонок.
Он усвоил только то, что вращалось в кругу ежедневных разговоров в доме Ольги, что читалось в получаемых там газетах, и довольно прилежно, благодаря настойчивости Ольги, следил за текущей иностранной литературой.
Все остальное утопало в сфере чистой любви.
Неточные совпадения
Гм! гм! Читатель благородный, // Здорова ль ваша
вся родня? // Позвольте: может быть, угодно // Теперь узнать вам от меня, // Что значит именно родные. // Родные люди вот какие: // Мы их обязаны ласкать, // Любить, душевно уважать // И, по обычаю народа, // О Рождестве их навещать // Или по почте поздравлять, // Чтоб
остальное время года // Не думали о нас они… // Итак, дай Бог им долги дни!
Все было у них придумано и предусмотрено с необыкновенною осмотрительностию; шея, плечи были открыты именно настолько, насколько нужно, и никак не дальше; каждая обнажила свои владения до тех пор, пока чувствовала по собственному убеждению, что они способны погубить человека;
остальное все было припрятано с необыкновенным вкусом: или какой-нибудь легонький галстучек из ленты, или шарф легче пирожного, известного под именем «поцелуя», эфирно обнимал шею, или выпущены были из-за плеч, из-под платья, маленькие зубчатые стенки из тонкого батиста, известные под именем «скромностей».
Например, затеявши какое-нибудь благотворительное общество для бедных и пожертвовавши значительные суммы, мы тотчас в ознаменование такого похвального поступка задаем обед
всем первым сановникам города, разумеется, на половину
всех пожертвованных сумм; на
остальные нанимается тут же для комитета великолепная квартира, с отоплением и сторожами, а затем и остается
всей суммы для бедных пять рублей с полтиною, да и тут в распределении этой суммы еще не
все члены согласны между собою, и всякий сует какую-нибудь свою куму.
— Да послушай, ты не понимаешь: ведь я с тебя возьму теперь
всего только три тысячи, а
остальную тысячу ты можешь заплатить мне после.
Я ехал на перекладных из Тифлиса.
Вся поклажа моей тележки состояла из одного небольшого чемодана, который до половины был набит путевыми записками о Грузии. Большая часть из них, к счастию для вас, потеряна, а чемодан с
остальными вещами, к счастию для меня, остался цел.