Неточные совпадения
По великому сибирскому пути, на протяжении тысяч верст, медленно двигался огромный, мутно-пьяный, безначально-бунтовской
поток.
Поток этот, полный слепой и дикой жажды разрушения, двигался в берегах какого-то совсем другого мира. В этом другом мире тоже была великая жажда разрушения, но над нею царила светлая
мысль, она питалась широкими, творческими целями. Был ясно сознанный враг, был героический душевный подъем.
«Ни жрец, ни жертва, а — свободный человек!» — додумался он, как бы издали следя за быстрым
потоком мыслей. Он стоял у окна в приятном оцепенении и невольно улыбался, пощипывая бородку.
«И все вздор! И никто бы не знал, и никому не было бы известно!» — следовал в нем новый
поток мыслей. — «То было бы там, а они здесь, откуда ж бы узнали они! Никто из них этого и не увидел бы… Доказать… Но чем доказать… Нужно, необходимо нужно что-то такое сделать, чтобы все увидели, чтобы все поняли… Но что такое сделать?.. Что именно нужно?..»
Неточные совпадения
Сон остановил медленный и ленивый
поток его
мыслей и мгновенно перенес его в другую эпоху, к другим людям, в другое место, куда перенесемся за ним и мы с читателем в следующей главе.
Так она говорила минуты две, три. Самгин слушал терпеливо, почти все
мысли ее были уже знакомы ему, но на этот раз они звучали более густо и мягко, чем раньше, более дружески. В медленном
потоке ее речи он искал каких-нибудь лишних слов, очень хотел найти их, не находил и видел, что она своими словами формирует некоторые его
мысли. Он подумал, что сам не мог бы выразить их так просто и веско.
Клим Самгин смутно догадывался, что боязнь пред неожиданными
мыслями противоречит какому-то его чувству, но противоречие это было тоже неясно и поглощалось сознанием необходимости самозащиты против
потока мнений, органически враждебных ему.
Он мог бы одинаково свободно и с равной силой повторить любую
мысль, каждую фразу, сказанную любым человеком, но он чувствовал, что весь
поток этих
мыслей требует ограничения в единую норму, включения в берега, в русло.
Самгин чувствовал себя в
потоке мелких
мыслей, они проносились, как пыльный ветер по комнате, в которой открыты окна и двери. Он подумал, что лицо Марины мало подвижно, яркие губы ее улыбаются всегда снисходительно и насмешливо; главное в этом лице — игра бровей, она поднимает и опускает их, то — обе сразу, то — одну правую, и тогда левый глаз ее блестит хитро. То, что говорит Марина, не так заразительно, как мотив: почему она так говорит?