Неточные совпадения
Деревья умеют ходить. Черемуха выросла близко от липы, липа затенила ее. «Черемуха, чтоб ее не глушила липа, перешла из-под липы
на дорожку. Она почуяла, видно, что ей не
жить под липой, вытянулась, вцепилась сучком
на землю, сделала из сучка корень, а тот корень бросила» (Рассказы для детей из ботаники: «Как ходят
деревья»).
А кругом — люди, не нуждающиеся в его рецепте. «Люди здесь
живут, как
живет природа: умирают, родятся, совокупляются, опять родятся, дерутся, пьют, едят, радуются и опять умирают, и никаких условий, исключая тех неизменных, которые положила природа солнцу, траве, земле,
дереву, других законов у них нет… И оттого люди эти, в сравнении с ним самим, казались ему прекрасны, сильны, свободны, и, глядя
на них, ему становилось стыдно и грустно за себя».
На горах мелькали Ореады,
И Дриада в
дереве жила.
Неточные совпадения
И Вронскому и Анне московская жизнь в жару и пыли, когда солнце светило уже не по-весеннему, а по-летнему, и все
деревья на бульварах уже давно были в листьях, и листья уже были покрыты пылью, была невыносима; но они, не переезжая в Воздвиженское, как это давно было решено, продолжали
жить в опостылевшей им обоим Москве, потому что в последнее время согласия не было между ними.
Поутру Самгин был в Женеве, а около полудня отправился
на свидание с матерью. Она
жила на берегу озера, в маленьком домике, слишком щедро украшенном лепкой, похожем
на кондитерский торт. Домик уютно прятался в полукруге плодовых
деревьев, солнце благосклонно освещало румяные плоды яблонь, под одной из них,
на мраморной скамье, сидела с книгой в руке Вера Петровна в платье небесного цвета, поза ее напомнила сыну снимок с памятника Мопассану в парке Монсо.
Мелкие мысли одолевали его, он закурил, прилег
на диван, прислушался: город
жил тихо, лишь где-то у соседей стучал топор, как бы срубая
дерево с корня, глухой звук этот странно был похож
на ленивый лай большой собаки и медленный, мерный шаг тяжелых ног.
Она
жила на углу двух улиц в двухэтажном доме, угол его был срезан старенькой, облезлой часовней; в ней, перед аналоем, качалась монашенка, — над черной ее фигуркой, точно вырезанной из
дерева, дрожал рыжеватый огонек, спрятанный в серебряную лампаду.
Которые не могут
жить сами собой, те умирают, как лишний сучок
на дерево; которые умеют питаться солнцем —
живут и делают всегда хорошо, как надобно делать все.