Неточные совпадения
Наша немка, Минна Ивановна, была в ужасе, всю дорогу возмущалась мною, а дома сказала папе. Папа
очень рассердился и сказал, что это свинство, что меня больше не
нужно ни к кому отпускать на елку. А мама сказала...
На груди, на плечах и на бедрах я вывел себе красными чернилами буквы М. П. и каждый день возобновлял их. Товарищи мои в гимназии все знали, что я влюблен. Один,
очень умный, сказал мне, что влюбленный человек обязательно должен читать про свою возлюбленную стихи. Я не знал, какие
нужно. Тогда он мне добыл откуда-то, я их выучил наизусть и таинственно читал иногда Юле. Вот они...
Раз, помню, для каких-то моих дел (кажется, чтобы спрятать волосы Маши Плещеевой) мне
очень было
нужно красивую, с картинками, коробочку от лекарств.
— Папа, мне с тобой
нужно очень серьезно поговорить.
— Вот видишь. А теперь, чтобы стать капитаном,
нужно быть
очень образованным человеком:
нужно знать высшую математику, астрономию, географию, метеорологию… Мы, значит, сделаем так: ты кончишь гимназию и тогда сейчас же поступишь в морской корпус. Раз это, действительно, твое призвание, то к нему необходимо отнестись самым серьезным образом.
Мы встречались с Конопацкими по праздникам на елках и танцевальных вечерах у общих знакомых, изредка даже бывали друг у друга, но были взаимно равнодушны: шли к ним, потому что мама говорила, — это
нужно, шли морщась,
очень скучали и уходили с радостью. Чувствовалось, — и мы им тоже неинтересны и ненужны.
Бунт против бога начался с постов, — да еще с посещения церкви. Я маму спрашивал: для чего
нужно ходить в церковь? Ведь в евангелии сказано
очень ясно: «Когда молишься, войди в комнату твою и, затворив дверь твою, помолись Отцу твоему, который втайне… А молясь, не говорите лишнего, как язычники, ибо они думают, что в многоглаголании своем будут услышаны».
В разрывы черных облаков тускло мигали редкие звезды. На земле было
очень тихо. Из густого мрака выплывали черные силуэты кустов и деревьев, дорога чуть серела впереди, но привычною лошадью не
нужно было править.
Получить «Farben», стать «Farbentiager'oм» было нелегко,
нужно было пройти
очень строгую баллотировку, и немало существовало корпорантов, которые годами добивались этой чести.
Когда все кругом потихоньку указывают друг другу на знаменитого человека, когда почтительно прислушиваются к каждому его слову, гордятся и хвалятся знакомством с ним, то
очень много
нужно душевной силы, чтобы не стать суетным, тщеславным и нетерпимым.
— Правда, с такой дороги и
очень нужно отдохнуть. Вот здесь и расположитесь, батюшка, на этом диване. Эй, Фетинья, принеси перину, подушки и простыню. Какое-то время послал Бог: гром такой — у меня всю ночь горела свеча перед образом. Эх, отец мой, да у тебя-то, как у борова, вся спина и бок в грязи! где так изволил засалиться?
— И я не поеду.
Очень нужно тащиться за пятьдесят верст киселя есть. Mathieu хочет показаться нам во всей своей славе; черт с ним! будет с него губернского фимиама, обойдется без нашего. И велика важность, тайный советник! Если б я продолжал служить, тянуть эту глупую лямку, я бы теперь был генерал-адъютантом. Притом же мы с тобой отставные люди.
—
Очень нужно мне… Слушай, Николай Еремеев, — заговорил Павел с отчаянием, — в последний раз тебя прошу… вынудил ты меня — невтерпеж мне становится. Оставь нас в покое, понимаешь? а то, ей-богу, несдобровать кому-нибудь из нас, я тебе говорю.
Неточные совпадения
— Вам
нужно мертвых душ? — спросил Собакевич
очень просто, без малейшего удивления, как бы речь шла о хлебе.
—
Очень,
очень бы
нужно, — сказал Вишнепокромов, — даже и для охоты хорошо.
— Да, дождичка бы
очень не мешало, — сказал Чичиков, которому не
нужно было дождика, но как уже приятно согласиться с тем, у кого миллион.
— А мне
нужно с вами поговорить
очень серьезно.
— Не радуйся, однако. Я как-то вступил с нею в разговор у колодца, случайно; третье слово ее было: «Кто этот господин, у которого такой неприятный тяжелый взгляд? он был с вами, тогда…» Она покраснела и не хотела назвать дня, вспомнив свою милую выходку. «Вам не
нужно сказывать дня, — отвечал я ей, — он вечно будет мне памятен…» Мой друг, Печорин! я тебя не поздравляю; ты у нее на дурном замечании… А, право, жаль! потому что Мери
очень мила!..