— Конечно, это всё… Но я не знаю. Сколько гляжу, — все больше убеждаюсь, что общественная нравственность и нравственность личная очень редко совпадают. По-видимому, это — две совершенно различные области. И как бы он мог так работать, если бы ел хлеб с соломой? А потом, —
если нужно, то он может и целыми днями ничего не есть, спать под кустом на дожде.
Неточные совпадения
— Что ж, брат, этого
нужно было ждать. Не хотел сражаться вместе с нашими, не хотел с ними уходить, — теперь послужишь у красных,
если совесть позволяет.
Но призывы Кати к благородству и великодушию звучали для ее собеседника так же, как
если бы Катя говорила ему, что волкам в лесу холодно, что у них есть маленькие волченята, которых
нужно пожалеть.
— Вот человек — Горелов этот! В чем душа держится, зимою перенес жесточайшую цингу; язва желудка у него, катар.
Нужно было молоко пить, а он питался похлебкою из мерзлой картошки. Отправили его в Крым на поправку, он и тут сейчас же запрягся в работу.
Если бы ты знала, — какой работник чудесный, какой организатор!..
— Конечно. И
нужно было, чтоб огонь ударил в небо и чтоб лава полилась по миру. А что грязь и смрад, — так что же делать! Неужели ты думаешь, что,
если бы все от нас зависело, мы не действовали бы иначе? Дисциплинированные, железные рабочие батальоны, пылающие самоотверженною любовью к будущему миру, обдуманная, планомерная реорганизация строя на новых началах… Эх, да смешно говорить! Ей-богу, как будто институтки в белых пелериночках, — и разговаривай с ними серьезно!
— Нет. Что же это делают! Кому охота работать,
если все отбирают. Цену объявляют пустяковую, «по твердой цене», и все верно лишнее отдай им. Вино забрали, уж не знаем, работать ли виноградники, или бросить. Люди все время в разгоне по нарядам, а
нужно сено возить.
— Ну, да, это конечно… Правильнее было бы товарообмен. А только что ж делать,
если нет товару! Рабочие в городах без хлеба сидят, — какая же может быть работа? И сейчас нам не до катушек, приходится для фронта работать, империалисты напирают со всех сторон. Неужели не ясно? Такое время, всем
нужно терпеть. Не до наживы. Приходится силком отбирать,
если не хотят отдавать добром.
Еще отец, нарочно громко заговоривший с Вронским, не кончил своего разговора, как она была уже вполне готова смотреть на Вронского, говорить с ним,
если нужно, точно так же, как она говорила с княгиней Марьей Борисовной, и, главное, так, чтобы всё до последней интонации и улыбки было одобрено мужем, которого невидимое присутствие она как будто чувствовала над собой в эту минуту.
Если нужно было постращать дворника, управляющего домом, даже самого хозяина, он стращал всегда барином: «Вот постой, я скажу барину, — говорил он с угрозой, — будет ужо тебе!» Сильнее авторитета он и не подозревал на свете.
Он чувствовал, что на нем одном лежал долг стать подле нее, осветить ее путь, помочь распутать ей самой какой-то роковой узел или перешагнуть пропасть, и отдать ей,
если нужно, всю свою опытность, ум, сердце, всю силу.
С этим же равнодушием он, то есть Фаддеев, — а этих Фаддеевых легион — смотрит и на новый прекрасный берег, и на невиданное им дерево, человека — словом, все отскакивает от этого спокойствия, кроме одного ничем не сокрушимого стремления к своему долгу — к работе, к смерти,
если нужно.
«Поеду в тюрьму, скажу ей, буду просить ее простить меня. И
если нужно, да, если нужно, женюсь на ней», думал он.
Неточные совпадения
Хлестаков. Ты растолкуй ему сурьезно, что мне
нужно есть. Деньги сами собою… Он думает, что, как ему, мужику, ничего,
если не поесть день, так и другим тоже. Вот новости!
Хлестаков. Ну, нет, вы напрасно, однако же… Все зависит от той стороны, с которой кто смотрит на вещь.
Если, например, забастуешь тогда, как
нужно гнуть от трех углов… ну, тогда конечно… Нет, не говорите, иногда очень заманчиво поиграть.
Конечно,
если он ученику сделает такую рожу, то оно еще ничего: может быть, оно там и
нужно так, об этом я не могу судить; но вы посудите сами,
если он сделает это посетителю, — это может быть очень худо: господин ревизор или другой кто может принять это на свой счет.
Ему бы смешно показалось,
если б ему сказали, что он не получит места с тем жалованьем, которое ему
нужно, тем более, что он и не требовал чего-нибудь чрезвычайного; он хотел только того, что получали его сверстники, а исполнять такого рода должность мог он не хуже всякого другого.
— Со мной? — сказала она удивленно, вышла из двери и посмотрела на него. — Что же это такое? О чем это? — спросила она садясь. — Ну, давай переговорим,
если так
нужно. А лучше бы спать.