Неточные совпадения
Великая Матерь,
земля сырая! в тебе мы родимся, тобою кормимся, тебя осязаем ногами своими, в тебя возвращаемся. Дети
земли, любите матерь свою,
целуйте ее исступленно, обливайте ее слезами своими, орошайте потом, напойте кровью, насыщайте ее костями своими! Ибо ничто не погибает в ней, все хранит она в себе, немая память мира, всему дает жизнь и плод. Кто не любит
землю, не чувствует ее материнства, тот — раб и изгой, жалкий бунтовщик против матери, исчадие небытия.
Полагая магизм в основу своих отношений к миру, к
земле, к плоти, прародители затемнили и ослабили в себе естественную свою софийность, в силу которой Адаму была присуща власть над миром как богоносному и богоприемлющему существу, — не как предмет вожделения и самостоятельная
цель, но как одно из проявлений его духовной высоты и святости.
Но он думает при этом о воскрешении именно этой плоти и на этой
земле, иначе трудно понять его мысль (хотя он и высказывает негодование, встретив подобное ее понимание в письме Вл. Соловьева [Имеется в виду недатированное письмо В. С. Соловьева к Η. Φ. Федорову, в котором он писал, что «простое физическое воскресение умерших само по себе не может быть
целью…
Цель истории ведет за историю, к «жизни будущего века», а
цель мира ведет за мир, к «новой
земле и новому небу».
Да, целовали побежденную гору,
целовали землю — в тот день особенно близка и понятна стала она мне, синьор, и полюбил я ее, как женщину!
Я зову вас,
целую землю, по которой вы ходили; куда бы я ни смотрел, всюду мне представляется ваше лицо, эта ласковая улыбка, которая светила мне в лучшие годы моей жизни…
Неточные совпадения
И еще грустнее становилось ему потом, и, веря тому, что нет на
земле счастья, оставался он на
целый день скучным и безответным.
Он стал на колени среди площади, поклонился до
земли и
поцеловал эту грязную
землю с наслаждением и счастием. Он встал и поклонился в другой раз.
В контору надо было идти все прямо и при втором повороте взять влево: она была тут в двух шагах. Но, дойдя до первого поворота, он остановился, подумал, поворотил в переулок и пошел обходом, через две улицы, — может быть, безо всякой
цели, а может быть, чтобы хоть минуту еще протянуть и выиграть время. Он шел и смотрел в
землю. Вдруг как будто кто шепнул ему что-то на ухо. Он поднял голову и увидал, что стоит у тогодома, у самых ворот. С того вечера он здесь не был и мимо не проходил.
Поди сейчас, сию же минуту, стань на перекрестке, поклонись,
поцелуй сначала
землю, которую ты осквернил, а потом поклонись всему свету, на все четыре стороны, и скажи всем, вслух: «Я убил!» Тогда бог опять тебе жизни пошлет.
Вода падала не каплями, а
целыми струями хлестала на
землю.