Неточные совпадения
[Верховный
суд иудеев, приговоривший Иисуса
Христа к распятию.
И воскресение, и Страшный
суд распространяются на все человечество, как знавшее, так и не знавшее
Христа в земной жизни (здесь тайна проповеди во аде — ср. 1 Петр.
Из того изображения Страшного
суда, которое дается в Евангелии (Мф. 25:31–46), явствует, что все человечество будет судимо по некоторой имманентной норме человечности, которая вместе с тем окажется и мерой
Христовой.
Во
Христе заключается не только высшая и единственная норма долженствования для человека, но и закон человеческого бытия, хотя это и раскроется лишь в конце нашего зона, на Страшном
Суде.
На Страшном
суде человек, поставленный лицом к лицу с
Христом и в Нем познавший истинный закон своей жизни, сам сделает в свете этого сознания оценку своей свободе в соответствии тому «подобию», которое создано творчеством его жизни, и сам различит в нем призрачное, субъективное, «психологическое» от подлинного, реального, онтологического.
Когда явлюсь на Страшный
суд Христов, он, наверно, спросит меня: печаловался ли ты о земле русской, над которою я поставил тебя владыкою и отцом, соединил ли воедино, укрепил ли эту Русь, хилую, разрозненную, ободранную?
Каждое слово Образца падало на сердце Анастасии, как смола горючая. Ей казалось, она призвана на Страшный
суд Христов услышать проклятие отца и свой вечный приговор. Она не выдержала и горько зарыдала, свет помутился в глазах, ноги стали подкашиваться. Образец услышал ее рыдания и прервал свое напутствие.
Неточные совпадения
Больно уж, говорят, дерзко он
суд ведет, ну, и тоже такая гуляка, что не приведи истинный
Христос.
Христос пришел для всех народов, и все народы имеют перед
судом христианского сознания свою судьбу и свой удел.
Фатум Страшного
суда и гибели есть конец пути, отпавшего от Бога и
Христа, конец для тьмы и рабства.
Позитивисты, исповедующие социальные утопии, ждут страшного
суда над злом прошлого, ждут окончательного торжества правды на земле, но смешивают правду Божью с правдой человеческой,
суд Божий с
судом человеческим, чаяния Христа-Мессии с чаяниями Антихриста, земного бога.
— Нет-с, это — не та мысль; тут мысль побольше и поглубже: тут блудница приведена на
суд, но только не к
Христу, а к фарисею, к аристократишке; тот, разумеется, и задушил ее. Припомните надпись из Дантова «Ада», которую мальчишка, сынишка Лукреции, написал: «Lasciate ogni speranza, voi che entrate» [«Оставь надежду навсегда каждый, кто сюда входит» (итал.).]. Она прекрасно характеризует этот мирок нравственных палачей и душителей.