Неточные совпадения
Вообще, миф завладевает всеми искусствами для своей реализации, так что писаное слово,
книга, есть в действительности лишь одно из многих средств для выражения
содержания веры (и здесь выясняется религиозная ограниченность протестантизма, который во всем церковном предании признает только
книгу, хочет быть «Buch-Religion» [Книжная религия (нем.).]).
Но вместе с тем ясно, что, хотя изощренность научного внимания позволяет лучше изучить текст священных
книг, а это, конечно, не остается безрезультатным и для религиозного их постижения, однако же никакой научный анализ не раскроет в Евангелии того вечного религиозного
содержания, которое дается верующему сердцу.
Поэтому глубина
содержания Слова Божия бесконечна и совершенно несоизмерима с глубиной человеческих
книг, хотя последние иногда его превосходят роскошью своего словесного облачения, которое, по промышлению Божию, в священных
книгах скромное, а временами и убогое.
Общее
содержание отрицательного богословия, развиваемого преимущественно в первой и отчасти во второй
книге «De divisione naturae», основного трактата Эриугены, последний определяет так: в нем выясняется, что «Бога Ничто из всего, что существует и чего не существует, не выражает в Его сущности, что и сам Он совершенно не знает, что Он есть, ибо Он никоим образом не может быть определяем по величине или свойству, ибо ничто не подходит к Нему и сам Он ничем не постигается, и что сам Он в том, что существует и не существует, собственно говоря, не выражается в самом себе, — род незнания, превосходящий всякое знание и понимание»***.
Мое намерение выставлять дело, как оно было, а не так, как мне удобнее было бы рассказывать его, делает мне и другую неприятность: я очень недоволен тем, что Марья Алексевна представляется в смешном виде с размышлениями своими о невесте, которую сочинила Лопухову, с такими же фантастическими отгадываниями
содержания книг, которые давал Лопухов Верочке, с рассуждениями о том, не обращал ли людей в папскую веру Филипп Эгалите и какие сочинения писал Людовик XIV.
Но я читаю активно, а не пассивно, я непрерывно творчески реагирую на книгу и помню хорошо не столько
содержание книги, сколько мысли, которые мне пришли в голову по поводу книги.
Афонин, оскорбленный таким невниманием, не скрыл от любимого товарища своего неудовольствия, но был чрезвычайно удивлен, когда последний подробно передал ему
содержание книги и доказал, что познакомился с сочинением весьма основательно.
Неточные совпадения
Характера он был больше молчаливого, чем разговорчивого; имел даже благородное побуждение к просвещению, то есть чтению
книг,
содержанием которых не затруднялся: ему было совершенно все равно, похождение ли влюбленного героя, просто букварь или молитвенник, — он всё читал с равным вниманием; если бы ему подвернули химию, он и от нее бы не отказался.
Потом, уже достигнув зрелого возраста, прочла она несколько
книг содержания романтического, да недавно еще, через посредство господина Лебезятникова, одну книжку «Физиологию» Льюиса [«Физиология» Льюиса —
книга английского философа и физиолога Д. Г. Льюиса «Физиология обыденной жизни», в которой популярно излагались естественно-научные идеи.] — изволите знать-с? — с большим интересом прочла, и даже нам отрывочно вслух сообщала: вот и все ее просвещение.
Он уж прочел несколько
книг. Ольга просила его рассказывать
содержание и с неимоверным терпением слушала его рассказ. Он написал несколько писем в деревню, сменил старосту и вошел в сношения с одним из соседей через посредство Штольца. Он бы даже поехал в деревню, если б считал возможным уехать от Ольги.
Она ехала и во французский спектакль, но
содержание пьесы получало какую-то связь с ее жизнью; читала
книгу, и в
книге непременно были строки с искрами ее ума, кое-где мелькал огонь ее чувств, записаны были сказанные вчера слова, как будто автор подслушивал, как теперь бьется у ней сердце.
Надеяся твердо на ваше благоразумие и осторожность, мы вам поручаем: когда назначаемые к переводу, печатанию или продаже сочинения или
книги к вам принесены будут, то вы рассмотрите их
содержание, и если нелегко можно дать им истинный смысл или могут возродить заблуждения и соблазны или оскорбить целомудрие, то оные отвергните; те, которые вы отпустите свободными, имеете вы подписать своеручно, а именно на конце двое от вас, дабы тем виднее было, что те
книги вами смотрены и утверждены.