Неточные совпадения
Во всех этих определениях бросается в глаза, что религия чувства, основанная на ощущении бесконечного,
космического единства, отнюдь не содержит в себе идеи Бога, которая
тем не менее постоянно подразумевается Шлейермахером и вводится посредством «т. е.», как в приведенной тираде, причем делается спинозовское уравнение: deus sive natura [Бог или природа (лат.) — выражение из «Этики» Б. Спинозы.].
Мысль первее нашего разума, «в начале бе Слово», и хотя наш теперешний разум вовсе не есть нечто высшее и последнее, ибо он может и должен быть превзойден, но превзойти мысль уже невозможно — она есть онтологическое определение
космического бытия, соответствующее второй божественной ипостаси Логоса: «вся
тем быша, и без него ничто же бысть, еже бысть» (Ио. 11:3).
Ибо как μη, так и ου для ά отрицательного богословия являются уже некоторыми положительными высказываниями о бытии и
тем самым относятся к имманентному, дневному,
космическому сознанию, различающему свет бытия и тени небытия, выявленность форм и сумерки потенциальности.
Однако эта
космическая теогония не исключает, но даже предполагает в
то же время и
то, что мир, как откровение Божества, есть теофания.
Тем самым она любит самое себя, познает себя, как прекрасную, влечется сама к себе эротическим влечением, в некоей
космической влюбленности.
И об этом красноречивее всего свидетельствует уже самая возможность
той духовной и
космической катастрофы, которая совершилась в грехопадении и сдвинула мир с его прямого пути.
Грехопадение это, которое по своему значению было
космическим, произошло, конечно, не в душе мира, как Ангеле-Хранителе твари, не в божественной Софии [Некоторая двусмысленность и неясность по этому основному вопросу свойственна учению Вл. С. Соловьева, который приписывает грехопадение
то мировой душе,
то Адаму.], не в «Начале».
То или иное понимание
космического зла и влияния первородного греха имеет бесконечную важность для учения о природе нашего спасения, ибо в нем предрешается вопрос о Богоматери и боговоплощении.
Отвлеченный гнозис есть функция ego, между
тем как Божья заповедь повелевала преодолеть этот эгоцентризм в любви супружеской,
космической, божественной.
Космическое природное в евреях, что они имели общим с другими народами, стало оболочкой будущего сверхприродного…» «Израильтяне сравнительно с другими народами были всего менее способны иметь свою собственную историю, менее всего исполнены
того мирового духа, который увлекал другие нации к основанию великих монархий; они неспособны приобрести себе великое, всегда пребывающее имя во всемирной истории, но именно по этой причине и были наиболее приспособлены стать носителями божественной (der göttlichen) истории (в противоположность всемирной)» (ib., 148–149).
С
тех пор как человек восхотел жизненно ощутить антиномии творения и вкусил от древа познания добра и зла, это зло стало для него, хотя и временно, как бы вторым
космическим началом, некоторой мойрой, тяжело придавившей и искалечившей жизнь.
В таинстве, как теургическом акте, есть реальное действие и присутствие Бога, это составляет в нем «трансцендентный», безусловно чудесный элемент, который в
то же время сочетается с
космическою стихией и человеческим естеством.
Но если этим и было обеспечено здоровье и прочность мировой основы, и сделалось уже невозможным новое грехопадение со всеми его
космическими последствиями,
то модальное состояние каждого отдельного человека по-прежнему остается вверено человеческой свободе.
Неточные совпадения
Космические вопросы эти мы будем решать после
того, как разрешим социальные.
Но мировая война имеет символический смысл для
тех, которые всегда предвидели действие скрытых, не поддающихся рационализации,
космических сил.
Тот духовный поворот, который я характеризую как переход от социологического мироощущения к мироощущению
космическому, будет иметь и чисто политические последствия и выражения.
Теперь определяющее значение имеют физика и химия, и кругозор делается
космическим и именно в
то время, когда космос почти разрушается.
Чтобы добыть свет в нахлынувшей на мир
тьме, необходимо
космическое углубление сознания.