Неточные совпадения
Ибо Бог породил (erboren) творение не затем, чтобы сделаться чрез него совершеннее, но ради своего самооткровения, к
великой радости и господству, не то, чтобы таковая радость началась только с творением, нет, она от
века была в
великом Mysterium, но лишь как духовная игра в себе самом.
Такому направлению следуют уже во II
веке Климент Александрийский и Ориген, в IV
веке оно становится господствующим у отцов церкви: св. Афанасия
Великого, Василия
Великого и Григория Нисского [Ср.: Леонид Писарев.
Недоведомое ангелом и человеком
великое, еже от
века сокровенное таинство преславное, днесь в ложеснах целомудренные Анны младоносится Мария Богоотроковица, уготовляема во вселение всех Царя
веков и в обновление рода нашего»…
Лицо богини ее самой лицо, это ее живое лицо, черты которого так далеки от совершенства, прекраснее которого видит она каждый день не одно лицо; это ее лицо, озаренное сиянием любви, прекраснее всех идеалов, завещанных нам скульпторами древности и великими живописцами
великого века живописи, да, это она сама, но озаренная сиянием любви, она, прекраснее которой есть сотни лиц в Петербурге, таком бедном красотою, она прекраснее Афродиты Луврской, прекраснее доселе известных красавиц.
— Я рад, господа, видеть в вашем лице людей, которые являются носителями промышленных идей нашего
великого века! — ораторствовал Егор Фомич, закругляя руку, чтобы принять стакан чая.
Он говорит, что это был предпоследний представитель
великого века, и что теперь черед за ним, но что он сделает всё, зависящее от него, чтобы черед этот пришел как можно позже.
Неточные совпадения
Мало ли людей, начиная жизнь, думают кончить ее, как Александр
Великий или лорд Байрон, а между тем целый
век остаются титулярными советниками?..
Возможно ли, говорил я сам себе, чтоб в наш
век, в Европе, подле столицы, в глазах
великого государя совершалося такое бесчеловечие!
Что мне в том, что у тебя голова
велика и уместительна и что понимаешь ты все, много знаешь, за
веком следишь, — да своего-то, особенного, собственного, у тебя ничего нету!
Уходит наконец от них, не выдержав сам муки сердца своего, бросается на одр свой и плачет; утирает потом лицо свое и выходит сияющ и светел и возвещает им: «Братья, я Иосиф, брат ваш!» Пусть прочтет он далее о том, как обрадовался старец Иаков, узнав, что жив еще его милый мальчик, и потянулся в Египет, бросив даже Отчизну, и умер в чужой земле, изрекши на
веки веков в завещании своем величайшее слово, вмещавшееся таинственно в кротком и боязливом сердце его во всю его жизнь, о том, что от рода его, от Иуды, выйдет
великое чаяние мира, примиритель и спаситель его!
— Помни, юный, неустанно, — так прямо и безо всякого предисловия начал отец Паисий, — что мирская наука, соединившись в
великую силу, разобрала, в последний
век особенно, все, что завещано в книгах святых нам небесного, и после жестокого анализа у ученых мира сего не осталось изо всей прежней святыни решительно ничего.