— По-другому любить не могу. Ты сама видишь. А это гадко — так ревновать. Дальше пойдет еще хуже, когда ты поступишь на сцену. Не о себе я должен думать, а о тебе, Надя… Переделать себя я не буду в силах до тех пор, пока
ты мне дорога… как любимое существо.
Неточные совпадения
— Полно, Ваня! Воля твоя, —
ты нервничаешь? Если твой Элиодор не хвастун — он поможет
мне поступить на эти курсы; а хвастун — так мы и сами найдем
дорогу. Точно то же
я скажу и насчет работы… Нет у
тебя никакого резона — не разделить со
мною твоего заработка, не давать
мне переводов потому только, что давалец работы — Пятов.
— Жаль
мне тебя, друже.
Ты человек и душевный и умственный — на редкость! Перед
тобою долгий путь… работы, развития, хороших дел гражданина. Вот теперь надо приобрести права. Можешь пойти по любой
дороге. И вдруг —
ты навек хочешь связать свою судьбу с бабенкой. Извини
меня. Твоя девица и красива, и, может быть, выше других качествами изукрашена, но зачем такое бессрочное обязательство?
— Надо ладиться, Ваня! Всякому свое.
Ты будешь профессор, чиновник или там адвокат…
Я не стану требовать, чтобы
ты из-за
меня портил свою
дорогу. Разумеется, хорошо будет жить всегда вместе, круглый год. Но случиться может, что и нельзя будет. Придется на сезон… зимний или летний… в разделку. Как же иначе быть?
— Конечно, скажу, к тому и вел, чтобы сказать.
Ты мне дорог, я тебя упустить не хочу и не уступлю твоему Зосиме.
— Да вечно, что ли,
ты мне дорогу переступать будешь! — заревел Ганя, бросив руку Вари, и освободившеюся рукой, в последней степени бешенства, со всего размаха дал князю пощечину.
— Ах, Боже мой, какая непоследовательность! час тому назад ты сомневался в том, что ты мне чужой, а теперь уж удивляешься, что
ты мне дорог и что я тобой интересуюсь!
— Ты знаешь, я люблю тебя, — сказала она и покраснела. —
Ты мне дорог. Вот ты приехал, я вижу тебя и счастлива не знаю как. Ну, давай поговорим. Расскажи мне что-нибудь.
Неточные совпадения
Они
дорогой самой краткой // Домой летят во весь опор. // Теперь послушаем украдкой // Героев наших разговор: // — Ну что ж, Онегин?
ты зеваешь. — // «Привычка, Ленский». — Но скучаешь //
Ты как-то больше. — «Нет, равно. // Однако в поле уж темно; // Скорей! пошел, пошел, Андрюшка! // Какие глупые места! // А кстати: Ларина проста, // Но очень милая старушка; // Боюсь: брусничная вода //
Мне не наделала б вреда.
— Вот то-то же. Поезжайте-ка вы теперь вперед, а
я за вами. Кучер,
ты, братец, возьми
дорогу пониже, через огород. Побеги, телепень Фома Меньшой, снять перегородку. А
я за вами — как тут, прежде чем успеете оглянуться.
— Пожалуй,
я тебе дам девчонку; она у
меня знает
дорогу, только
ты смотри! не завези ее, у
меня уже одну завезли купцы.
— Где ж твой пашпорт?“ — „Он у
меня был, — говоришь
ты проворно, — да, статься может, видно, как-нибудь
дорогой пообронил его“.
На большой
дороге меня собрался зарезать, разбойник, чушка
ты проклятый, страшилище морское! а? а?