Неточные совпадения
Номера, где он жил, считались дорогими и порядочными. Но
нравы в них держались такие же, как и во всех прочих. Стояли тут около него две иностранки, принимавшие гостей… во всякое время. Обе нанимали помесячно нарядные квартирки. Жило три помещичьих семейства, водилась картежная игра, останавливались заграничные немцы из коммивояжеров. Но подъезд и лестница, ливрея швейцара и половики держались в
чистоте, не пахло кухней, лакеи ходили во фраках, сливки к кофе давали непрокислые.
Ночной бульварный Париж тоже не отличался
чистотой нравов, но при Второй империи женщины сидели по кафе, а те, которые ходили вверх и вниз по бульвару, находились все-таки под полицейским наблюдением, и до очень поздних часов ночи вы если и делались предметом приставаний и зазываний, то все-таки не так открыто и назойливо, как на Regent Street или Piccadilly-Circus Лондона, где вас сразу поражали с 9 часов вечера до часу ночи (когда разом все кабаки, пивные и кафе запираются) эти волны женщин, густо запружающих тротуары и стоящих на перекрестках целыми кучками, точно на какой-то бирже.
Поэтому мне кажется более соответствующим человеческой природе и
чистоте нравов обосновывать веру в будущую жизнь на чувствах благородной души, чем, наоборот, основывать ее благородное поведение на надежде на будущую жизнь.
[Самые варварские народы соблюдают до известной степени
чистоту нравов, и у Пугачева было достаточно здравого смысла, чтоб не совершать перед солдатами и т. д. (франц.).]
Неточные совпадения
Тебя облек я во порфиру // Равенство в обществе блюсти, // Вдовицу призирать и сиру, // От бед невинность чтоб спасти, // Отцом ей быть чадолюбивым, // Но мстителем непримиримым // Пороку, лже и клевете; // Заслуги честью награждати, // Устройством зло предупреждати, // Хранити
нравы в
чистоте.
Самым приятным занятием маркизы было воспитание Лизы. Ей внушался белый либерализм и изъяснялось его превосходство перед монтаньярством. Маркиза сидела, как Калипсо в своем гроте; около нее феи, а перед ними Лиза, и они дудели ей об образцах, приводя для контраста женщин из времени упадка
нравов в Риме, женщин развратнейших дней Франции и некую московскую девицу Бертольди, возмущающую своим присутствием
чистоту охраняемых феями нравственных принципов.
— Вы говорите, — начал он наконец, обращаясь к Вихрову и придавая мыслящее выражение своему лицу, — что все это пишете затем, чтобы исправить
нравы; но позвольте вас спросить, начну в этом случае примером; заведу ли я на улицах
чистоту и порядок, если стану всю грязь, которая у меня дома, выносить и показывать всем публично?
Напротив,
чистота только тогда будет заведена, если я весь сор буду прятать куда-нибудь к стороне; так и
нравы: людей совершенно добродетельными сделать нельзя, но пусть все это они делают только поскромнее, поосторожнее, — тогда и
нравы улучшатся.