Он рассмеялся задыхающимся смехом. Палтусов ему вторил. Он усадил барина на диван. Тотчас же пришло двое половых. Стол в минуту был уставлен бутылками с пятью сортами водки. Балык, провесная белорыбица, икра и всякая другая закусочная еда заиграла в лучах солнца своим жиром и янтарем. Не забыты были и затребованные Палтусовым соленые хрящи. Калакуцкий заказал завтрак: паровую севрюжку, котлеты из пулярды с трюфелями и разварные груши с рисом. Указано было и красное вино.
Они еще не успели покончить с солеными хрящами и осетровым балыком, как на столе уже шипела севрюжка в серебряной кастрюле. За закуской Калакуцкий выпил разом две рюмки водки, забил себе куски икры и белорыбицы, засовал за ними рожок горячего калача и потом больше мычал, чем говорил. Но он ел умеренно. Ему нужно было только притупить первое ощущение голода. Тут он сделал передышку.
Через десять минут ели ботвинью с белорыбицей. Купчик вступил в беседу с двумя другими"сочинителями"о голубиной охоте. До слуха Пирожкова долетали все не слыханные им слова:"турмана, гонные, дутыши, трубастые, водные, козырные", какие-то"грачи-простячки". Это даже заинтересовало немного; но компания сильно выпила… Кто-то ползет с ним целоваться…
Я разумею здесь только те породы рыб, которые называются бель, в противоположность чему все другие породы, как-то: осетры, севрюга, белорыбица и проч., называются красная рыба.
На закуску Гордей Евстратыч прихватил из городу салфеточной икры, омаров, страсбургских пирогов, астраханских балыков, провесной белорыбицы и всякой прочей снеди, которую ел у Шабалина и других золотопромышленников.
Подавали на закуску: провесную белорыбицу и превосходнейшую белужью салфеточную икру; за обедом удивительнейшие щи с говяжьей грудиной, потом осетрину паровую, потом жареных рябчиков, привезенных прямо из Сибири, и наконец — компот из французских фруктов.
Покушали только ботвинью ледяную с свежей белорыбицей и разноцветное мороженое в красивой форме и разукрашенное разными сахарными волосами и бисквитами.
С одних саней вдруг раздаётся плач проснувшегося ребёнка, мать быстро суёт ему в рот кусок белорыбицы в тонкой холстине, малец тут же замолкает и принимается удовлетворённо чмокать.
С одних саней вдруг раздаётся плач проснувшегося ребёнка, мать быстро суёт ему в рот кусок белорыбицы в тонкой холстине, малец тут же замолкает и принимается удовлетворённо чмокать.
Подкрепившись житным хлебом да вяленой белорыбицей, ватага принялась за прерванное дело.
– А коли б ты дёрнул, на крюке белорыбица, что ли, объявилась бы?