Неточные совпадения
Но я уже
побывал в Москве, и то, что мне дал Малый
театр, залегло
в мои оценки, подняло мои требования.
Как я сказал выше,
в казанском обществе я не встречал ни одного известного писателя и был весьма огорчен, когда кто-то из товарищей, вернувшись из
театра, рассказывал, что видел ИА.Гончарова
в креслах. Тогда автор „Обломова“ (еще не появившегося
в свет) возвращался из своего кругосветного путешествия через Сибирь,
побывал на своей родине
в Симбирске и останавливался на несколько дней
в Казани.
Как заезжие провинциалы, мы днем обозревали разные достопримечательности, начиная с Эрмитажа, а вечером я
побывал во всех
театрах. Один из моих спутников уже слег и помещен был
в больницу — у него открылся тиф, а другой менее интересовался
театрами.
Но я
бывал везде, где только столичная жизнь хоть сколько-нибудь вызывала интерес: на лекциях
в Думе, на литературных вечерах — тогда еще довольно редких, во всех
театрах,
в домах, где знакомился с тем, что называется"обществом"
в условном светском смысле.
Тогда, то есть
в первую половину 60-х годов, он представлял из себя молодого барича благообразной наружности и внешнего изящества, с манерами и тоном благовоспитанного рантье. Он и был им, жил при матери
в собственном доме (
в Почтамтской), где я у него и
бывал и где впервые нашел у него молодого морского мичмана, его родственника (это был Станюкович), вряд ли даже где числился на службе, усердно посещал
театры и переделывал французские пьесы.
Тогда
в Петербурге процветали маскарады. На них ездил весь город, не исключая и двора. Всего бойчее считались те, которые
бывали в Большом
театре и
в Купеческом клубе, где теперь Учетно-ссудный банк. Тогда можно было целую зиму вести"интригу"с какой-нибудь маской, без всяких чувственных замыслов, без ужинов
в ресторанных кабинетах.
Курсы его
бывали по нескольку раз
в неделю,
в фойе ученического
театра, а кто хотел заниматься посерьезнее, тот брал у него и уроки на его квартире,
в той же части — города.
Лаубе вскоре ушел после какого-то крупного столкновения с придворным интендантством и сделался директором нового частного драматического
театра в Вене,
побывал и
в директорах лейпцигского
театра.
Правда, я мало
бывал в парижских семейных домах, но знавал и артисток и тех девиц, с которыми ходил на курсы декламации. А
в Латинском квартале,
в театрах, на балах,
в студенческих кафе и ресторанах
бывал окружен молодыми женщинами, очень доступными, часто хорошенькими и, главное, забавными. Но я боялся, как огня, того, что французы зовут"collage", легкой связи, и ушел от нее
в целых четыре парижских сезона оттого, вероятно, что все эти легкие девицы ничего не говорили моей душе.
Я старался наверстать пробел
в моих поездках по Европе и изучал Берлин довольно старательно,
бывал везде, причем Бакст был часто моим чичероне, проводил вечера и
в разных
театрах, которые
в общем находил гораздо плоше венских; и королевский"Schauspiel-Haus", где, однако, были такие таланты, как старый Дюринг и ingenue Буска (впоследствии любимица петербургской публики), но
в репертуаре и
в тоне игры царила рутина.
— Значит, мы будем с вами видеться часто; я почти каждый день
бываю в театре, — подхватила Екатерина Петровна, — тут другой еще есть актер, молодой, который — вы, может быть, заметили — играет этого Родольфа д'Эрикура: у него столько души и огня!
— Еще как!.. Мне mademoiselle Травайль, какая-нибудь фигурантка, двадцать тысяч стоила… Maman так этим огорчена была и сердилась на меня; но я, по крайней мере, люблю театр, а Утвинов почти никогда не
бывал в театре; он и с madame Сомо познакомился в одном салоне.
Офицерам после долгой и скучной стоянки в Печелийском заливе и после длинного, только что совершенного перехода, во время которого опять пришлось несколько дней посидеть на консервах, хотелось поскорее побывать в интересном городе, о котором много рассказывали в кают-компании и Андрей Николаевич и Степан Ильич, бывшие в нем во время прежних плаваний, познакомиться с новой страной, оригинальной, совсем не похожей на Европу, с американскими нравами,
побывать в театре, послушать музыку, узнать, наконец, что делается на свете, получить весточки из России.
Неточные совпадения
— Приглашали. Мой муж декорации писал, у нас актеры стаями
бывали, ну и я — постоянно
в театре, за кулисами. Не нравятся мне актеры, все — герои. И
в трезвом виде, и пьяные. По-моему, даже дети видят себя вернее, чем люди этого ремесла, а уж лучше детей никто не умеет мечтать о себе.
Бывали здесь богатые купеческие свадьбы, когда около дома стояли чудные запряжки;
бывали и небогатые, когда стояли вдоль бульвара кареты, вроде театральных, на клячах которых
в обыкновенное время возили актеров императорских
театров на спектакли и репетиции. У этих карет иногда проваливалось дно, и ехавшие бежали по мостовой, вопя о спасении… Впрочем, это было безопасно, потому что заморенные лошади еле двигались… Такой случай
в восьмидесятых годах был на Петровке и закончился полицейским протоколом.
Вместе с преподаванием, устраивались и развлечения.
Бывали вечера,
бывали загородные прогулки: сначала изредка, потом, когда было уже побольше денег, то и чаще; брали ложи
в театре. На третью зиму было абонировано десять мест
в боковых местах итальянской оперы.
Старый скептик и эпикуреец Юсупов, приятель Вольтера и Бомарше, Дидро и Касти, был одарен действительно артистическим вкусом. Чтоб
в этом убедиться, достаточно раз
побывать в Архангельском, поглядеть на его галереи, если их еще не продал вразбивку его наследник. Он пышно потухал восьмидесяти лет, окруженный мраморной, рисованной и живой красотой.
В его загородном доме беседовал с ним Пушкин, посвятивший ему чудное послание, и рисовал Гонзага, которому Юсупов посвятил свой
театр.