Неточные совпадения
А беллетристика второй половины 50-х годов очень сильно увлекала меня. Тогда именно я знакомился
с новыми вещами Толстого, накидываясь в журналах и на все, что печатал Тургенев. Тогда даже в корпорации"Рутения"я
делал реферат о"Рудине". Такие повести, как"Ася","Первая
любовь", а главное,"Дворянское гнездо"и"Накануне", следовали одна за другой и питали во мне все возраставшее чисто литературное направление.
С ним мы познакомились по"Библиотеке для чтения", куда он что-то приносил и, сколько помню, печатался там. Он мне понравился как очень приятный собеседник,
с юмором,
с любовью к литературе,
с искренними протестами против тогдашних"порядков". Добродушно говорил он мне о своей неудачной влюбленности в Ф.А.Снеткову, которой в труппе два соперника
делали предложение, и она ни за одного из них не пошла: Самойлов и Бурдин.
Русская опера только что начала подниматься. Для нее немало
сделал все тот же Федоров, прозванный"Губошлепом". В этом чиновнике-дилетанте действительно жила
любовь к русской музыке. Глинка не пренебрегал водить
с ним приятельство и даже аранжировал один из его романсов:"Прости меня, прости, небесное созданье".
Ему давно не нравился многоречивый, всё знающий человек, похожий на колдуна, не нравился и возбуждал почтение, близкое страху. Скуластое лицо, спрятанное в шерстяной массе волос, широконосое и улыбающееся тёмной улыбкой до ушей, казалось хитрым, неверным и нечестным, но было в нём — в его едва видных глазах — что-то устойчивое и подчинявшее Матвея. Работал Маркуша плохо, лениво, только клетки
делал с любовью, продавал их монахиням и на базаре, а деньги куда-то прятал.
Неточные совпадения
Еще предвижу затрудненья: // Родной земли спасая честь, // Я должен буду, без сомненья, // Письмо Татьяны перевесть. // Она по-русски плохо знала, // Журналов наших не читала, // И выражалася
с трудом // На языке своем родном, // Итак, писала по-французски… // Что
делать! повторяю вновь: // Доныне дамская
любовь // Не изъяснялася по-русски, // Доныне гордый наш язык // К почтовой прозе не привык.
Кто ж виноват? зачем она не хочет дать мне случай видеться
с нею наедине?
Любовь, как огонь, — без пищи гаснет. Авось ревность
сделает то, чего не могли мои просьбы.
— Вот оно что! —
с ужасом говорил он, вставая
с постели и зажигая дрожащей рукой свечку. — Больше ничего тут нет и не было! Она готова была к воспринятию
любви, сердце ее ждало чутко, и он встретился нечаянно, попал ошибкой… Другой только явится — и она
с ужасом отрезвится от ошибки! Как она взглянет тогда на него, как отвернется… ужасно! Я похищаю чужое! Я — вор! Что я
делаю, что я
делаю? Как я ослеп! Боже мой!
Вероятно,
с летами она успела бы помириться
с своим положением и отвыкла бы от надежд на будущее, как
делают все старые девы, и погрузилась бы в холодную апатию или стала бы заниматься добрыми делами; но вдруг незаконная мечта ее приняла более грозный образ, когда из нескольких вырвавшихся у Штольца слов она ясно увидела, что потеряла в нем друга и приобрела страстного поклонника. Дружба утонула в
любви.
Хотя она бессознательно (как она действовала в это последнее время в отношении ко всем молодым мужчинам) целый вечер
делала всё возможное для того, чтобы возбудить в Левине чувство
любви к себе, и хотя она знала, что она достигла этого, насколько это возможно в отношении к женатому честному человеку и в один вечер, и хотя он очень понравился ей (несмотря на резкое различие,
с точки зрения мужчин, между Вронским и Левиным, она, как женщина, видела в них то самое общее, за что и Кити полюбила и Вронского и Левина), как только он вышел из комнаты, она перестала думать о нем.