Неточные совпадения
— А испытания какие Господь посылал
на Кладенец… Татарский погром обрушился
на наш край после разорения Владимира
на Клязьме… Пришла гибель Кладенцу. Его князь один из немногих не
пал духом и пошел
на врагов и погиб в рядах своей рати… Шутка сказать, когда это было: пятьсот с лишком лет назад… И хан Берку чуть опять не истребил нашего города, и царевич татарский Драшна грозил ему огнем и мечом!
Характерный случай выдался в Суслоне. Это была отчаянная вылазка со стороны Прохорова, именно
напасть на врага в его собственном владении. Трудно сказать, какой тут был расчет, но все произошло настолько неожиданно, что даже Галактион смутился. Одно из двух: или Прохоров получил откуда-нибудь неожиданное подкрепление, или в отчаянии хотел погибнуть в рукопашной свалке. Важно было уже то, что Прохоров и К° появились в самом «горле», как выражались кабатчики.
Вдруг один человек в Перми, другой в Туле, третий в Москве, четвертый в Калуге объявляют, что они присягать не будут, и объясняют свой отказ все, не сговариваясь между собой, одним и тем же, тем, что по христианскому закону клятва запрещена, но что если бы клятва и не была запрещена, то они по духу христианского закона не могут обещаться совершать те дурные поступки, которые требуются от них в присяге, как-то: доносить на всех тех, которые будут нарушать интересы правительства, защищать с оружием в руках свое правительство или
нападать на врагов его.
Посмотрели бы вы на Василия Федоровича, когда шестьдесят с лишком лет осыпали голову его снегом; вы и тогда сказали б: этот взор, в проблески одушевления, должен был
нападать на врага орлиным гневом; эта исполинская рука, вооруженная мечом, должна была укладывать под собою ряды мертвецов; эта грудь широкая, мохнатая, эта вся геркулесовская обстановка — созданы быть оплотом боевым.
Неточные совпадения
Загубили юность вы свою, //
На врага не вовремя
напали, // Не с великой честию в бою // Вражью кровь
на землю проливали.
«
На парусах!» — подумывал я,
враг обедов
на траве, особенно impromptu, чаев
на открытом воздухе, где то ложки нет, то хлеб с песком или чай с букашками. Но нечего делать, поехал; а жарко,
палит.
Опять один перескочил через другого, царапнул того шпорой, другой тоже перескочил и царапнул противника так, что он
упал на бок, но в ту же минуту встал и с новой яростью бросился
на врага.
«Рыскает он, — поучала учеников Анисья Терентьевна, — рыскает окаянный
враг Божий по земле, и кто, Богу не помолясь,
спать ляжет, кто в никонианскую церковь войдет, кто в постный день молока хлебнет аль мастерицу в чем не послушает, того железными крюками тотчас
на мученье во ад преисподний стащит».
Почти все согласились со Смолокуровым. То было у всех
на уме, что, ежели складочные деньги
попадут к Орошину, охулки
на руку он не положит, — возись после с ним, выручай свои кровные денежки. И за то «слава Богу» скажешь, ежели свои-то из его лап вытянешь, а насчет барышей лучше и не думай… Марку Данилычу поручить складчину — тоже нельзя, да и никому нельзя. Кто себе
враг?.. Никто во грех не поставит зажилить чужую копейку.