Неточные совпадения
Кант так далеко заходит в своем рационализме, что для него вся действительность, все живое бытие есть продукт знания, мышления:
мир созидается категориями субъекта, и ничто не в силах из этих тисков освободиться, ничего не
является само по себе, независимо от того, что навязывается субъектом.
В знании творческим, созидающим ценности фактором
является Логос, большой разум, смысл и солнце
мира.
Если зло и страдания жизни, смерть и ужас бытия не
являются результатом предмирного преступления богоотступничества, великого греха всего творения, свободного избрания злого пути, если нет коллективной ответственности всего творения за зло
мира, нет круговой поруки, то теодицея [Теодицеей называется проблема оправдания Бога, но само это словосочетание вызывает возражение.
Индийская идея метемпсихоза чужда и противна христианскому сознанию, так как противоречит религиозному смыслу земной истории человечества, в которой совершается искупление и спасение
мира,
являлся Бог в конкретном образе человека, в которой Христос был единственной, неповторимой точкой сближения и соединения Бога и человечества.
Но грех потому искупляется, и мир-дитя потому имеет оправдание, что в нем рождается совершенное, божественное, равное Отцу дитя-Христос, что в нем
является Логос во плоти и принимает на себя грехи
мира, что дитя-Христос жертвует собой во имя спасения дитяти-мира.
В язычестве было подлинное откровение Божества, точнее, откровение мировой души, но открывалась там лишь бесконечная божественная мощь; смысл оставался еще закрытым, и религия любви еще не
явилась в
мир.
Лилась кровь в языческом
мире, умилостивлялось божество жертвой в самых разнообразных формах, но искупление не совершалось, надежда на спасение, на вечную жизнь не
являлась.
История потому только и имела смысл, потому только в ней можно было увидеть божественный план, что в истории должен был
явиться Мессия — Христос, что
мир исторически готовился к Его явлению.
Христос
явился в
мир как оправдание творения, как смысл, Логос творения.
В конце мировой истории Христос
явится как Царь, явит
миру Свою силу и славу, будет властвовать над
миром,
миру обещано наступление Его тысячелетнего царства.
Если бы Христос
явился как царь земли, то этим история
мира закончилась бы, никакой дальнейшей истории не могло бы быть.
Богочеловек
явился в
мир; мистический акт искупления совершился, но богочеловеческий путь истории еще не был найден, все еще оставалось обширное поле для подмены божеского человеческим, для соблазнов князя этого
мира, который всегда охотно подсказывает, как лучше устроить
мир, когда Дух Святой не вдохновляет еще человечества.
Все эмпирические формы зла — смерть, болезнь, нужда, рабство, убийство, злоба, ненависть
явились в
мир из этого источника.
В индийской мистике все достижения
являются результатом бесповоротного отсечения от плоти
мира, от истории
мира, а не преосуществления плоти, не преображения, завоеванного историей.
Таким шагом назад
является субъективная мистика переживаний, мистика благополучная, не катастрофическая, не ведающая ответственности за исторические судьбы народа, человечества и
мира.
Бог есть также лишь положение или модус абсолютного Ничто, так сказать, абсолютное, обращенное к миру, космическая его ипостась, причем другим таковым же модусом
является мир, и эта одинаковая модальность бога и мира, и их в этом смысле единосущность придает им в равной степени, хотя и в разном смысле, характер преходящести, относительности: «и бог проходит», по классической формуле Эккегарта.
Неточные совпадения
Татьяна с ключницей простилась // За воротами. Через день // Уж утром рано вновь
явилась // Она в оставленную сень, // И в молчаливом кабинете, // Забыв на время всё на свете, // Осталась наконец одна, // И долго плакала она. // Потом за книги принялася. // Сперва ей было не до них, // Но показался выбор их // Ей странен. Чтенью предалася // Татьяна жадною душой; // И ей открылся
мир иной.
Потом отправился к вице-губернатору, потом был у прокурора, у председателя палаты, у полицеймейстера, у откупщика, у начальника над казенными фабриками… жаль, что несколько трудно упомнить всех сильных
мира сего; но довольно сказать, что приезжий оказал необыкновенную деятельность насчет визитов: он
явился даже засвидетельствовать почтение инспектору врачебной управы и городскому архитектору.
Мир и тишина покоятся над Выборгской стороной, над ее немощеными улицами, деревянными тротуарами, над тощими садами, над заросшими крапивой канавами, где под забором какая-нибудь коза, с оборванной веревкой на шее, прилежно щиплет траву или дремлет тупо, да в полдень простучат щегольские, высокие каблуки прошедшего по тротуару писаря, зашевелится кисейная занавеска в окошке и из-за ерани выглянет чиновница, или вдруг над забором, в саду, мгновенно выскочит и в ту ж минуту спрячется свежее лицо девушки, вслед за ним выскочит другое такое же лицо и также исчезнет, потом
явится опять первое и сменится вторым; раздается визг и хохот качающихся на качелях девушек.
В лице Христа еврейство
является основоположником религии, которую исповедует вся Европа и ‹которая› проповедуется католической церковью во всем
мире. В лице Карла Маркса еврейство сеет на земле сокрушительное учение о непримиримости интересов капитала и труда, о неизбежном росте классовой ненависти, о неустранимой социально-революционной катастрофе.
— Вот
явились люди иного строя мысли, они открывают пред нами таинственное безграничие нашей внутренней жизни, они обогащают
мир чувства, воображения. Возвышая человека над уродливой действительностью, они показывают ее более ничтожной, менее ужасной, чем она кажется, когда стоишь на одном уровне с нею.