Неточные совпадения
Только христианская метафизика утверждает реальность бытия и реальность путей к бытию, постигает великую тайну свободы, ни на что
не разложимой и ни к чему
не сводимой, и
признает субстанцию конкретной личности, заложенной в вечности.
Существует три типических решения вопроса о взаимоотношении знания и веры, и, как увидим ниже, решения эти, несмотря на различия, сходятся в том, что одинаково
признают коренную противоположность знания и веры,
не ищут общей подпочвы в глубине.
Ведь слишком ясно, что эмпиризм
признает только опыт в рациональных пределах, к опыту же
не рациональному он относится отрицательно, как к мистике.
[У Липпса мы встречаем уже иной тип эмпиризма,
не рационалистический и
не позитивистический; он как бы
признает опыт самой «жизни», а
не только опыт «знания».
Мы
признаем различные ступени познания: познание научное
не должно быть смешиваемо с познанием мистическим, хотя и на научное познание может быть пролит мистический свет.
Лосский
признает только имманентность бытия знанию, для него действительность непосредственно присутствует в акте познания, но он нисколько
не отрицает бытия трансцендентного, само бытие у него вне субъекта и до субъекта.
Сам Лосский
признает, что различие между явлениями, которыми занимается наука, и сущностью вещей лежит в самом бытии, а
не в природе отношений между субъектом и объектом.
Бог и зло ни в каком смысле
не сравнимы и
не сопоставимы; их нельзя
признать ни равносильными началами (дуализм), ни зло подчиненным Богу (пантеизм); к их отношениям неприменима ни ответственность, ни конкуренция.
В деле мирового освобождения от греха и спасения религиозное сознание должно
признать за человечеством
не только земное, но и космическое, вселенское значение.
Дуалистический спиритуализм
не может
признать смысла жизни и смысла истории; для него выгоднее как можно скорейшая смерть, естественный переход в другой, лучший мир.
Что Христос перевернул всю историю мира, это факт, который вынужден
признать весь мир, мир
не только христианский по своему сознанию, но и чуждый Христу, и враждебный Ему.
Великая правда этого соединения была в том, что языческое государство
признало благодатную силу христианской церкви, христианская же церковь еще раньше
признала словами апостола, что «начальствующий носит меч
не напрасно», т. е. что власть имеет положительную миссию в мире (независимо от ее формы).
Церковь освящает
не христианское государство, а языческое государство,
признает неизбежность начала власти и закона против анархии и распада в мире природном и благословляет власть на служение добру, никогда
не благословляя злых деяний власти.
Эта разрешенная мистика ничем почти
не отличается от субъективных психологических состояний, состояний хаотических и иррациональных, и ее готовы
признать культурные критицисты, позитивисты и рационалисты.
Еретический рационализм
признает Христа или только Богом, или только человеком, но
не постигает тайны Богочеловека, тайны совершенного соединения природы божеской с природой человеческой; он
признает в Христе одну лишь волю и
не постигает совершенного соединения в Христе двух воль, претворения воли человеческой в волю Бога; он готов
признать Троичность Божества, но так, чтобы
не нарушить закона тождества и противоречия, так, что «один» и «три» в разное время о разном говорят.
И вдруг Раскольникову ясно припомнилась вся сцена третьего дня под воротами; он сообразил, что, кроме дворников, там стояло тогда еще несколько человек, стояли и женщины. Он припомнил один голос, предлагавший вести его прямо в квартал. Лицо говорившего не мог он вспомнить и даже теперь
не признавал, но ему памятно было, что он даже что-то ответил ему тогда, обернулся к нему…
— Э! да ты, я вижу, Аркадий Николаевич, понимаешь любовь, как все новейшие молодые люди: цып, цып, цып, курочка, а как только курочка начинает приближаться, давай бог ноги! Я не таков. Но довольно об этом. Чему помочь нельзя, о том и говорить стыдно. — Он повернулся на бок. — Эге! вон молодец муравей тащит полумертвую муху. Тащи ее, брат, тащи! Не смотри на то, что она упирается, пользуйся тем, что ты, в качестве животного, имеешь право
не признавать чувства сострадания, не то что наш брат, самоломанный!
Неточные совпадения
Что Ноздрев лгун отъявленный, это было известно всем, и вовсе
не было в диковинку слышать от него решительную бессмыслицу; но смертный, право, трудно даже понять, как устроен этот смертный: как бы ни была пошла новость, но лишь бы она была новость, он непременно сообщит ее другому смертному, хотя бы именно для того только, чтобы сказать: «Посмотрите, какую ложь распустили!» — а другой смертный с удовольствием преклонит ухо, хотя после скажет сам: «Да это совершенно пошлая ложь,
не стоящая никакого внимания!» — и вслед за тем сей же час отправится искать третьего смертного, чтобы, рассказавши ему, после вместе с ним воскликнуть с благородным негодованием: «Какая пошлая ложь!» И это непременно обойдет весь город, и все смертные, сколько их ни есть, наговорятся непременно досыта и потом
признают, что это
не стоит внимания и
не достойно, чтобы о нем говорить.
— Афанасий Васильевич! вашу власть и я готов над собою <
признать>, ваш слуга и что хотите: отдаюсь вам. Но
не давайте работы свыше сил: я
не Потапыч и говорю вам, что ни на что доброе
не гожусь.
Вот в чем одном
признавал он свое преступление: только в том, что
не вынес его и сделал явку с повинною.
Ольга
не знала этой логики покорности слепой судьбе и
не понимала женских страстишек и увлечений.
Признав раз в избранном человеке достоинство и права на себя, она верила в него и потому любила, а переставала верить — переставала и любить, как случилось с Обломовым.
Многим женщинам
не нужно ничего этого: раз вышедши замуж, они покорно принимают и хорошие и дурные качества мужа, безусловно мирятся с приготовленным им положением и сферой или так же покорно уступают первому случайному увлечению, сразу
признавая невозможным или
не находя нужным противиться ему: «Судьба, дескать, страсти, женщина — создание слабое» и т. д.