Неточные совпадения
Что Христос умер на кресте
смертью раба, что Правда была распята, — это факт, который все знают, который принуждает и насилует, его признание не требует ни веры, ни любви; этот страшный факт дан всему
миру, познан
миром.
Что Христос воскрес, что Правда победила в
мире зло, вырвала корень зла —
смерть, это не дано как факт принудительный и доказательный.
Спаситель явился
миру в образе раба, а не царя, и был раздавлен силами этого
мира, и принял
смерть по законам этого
мира.
По законам природы
смерть по-прежнему косит жизнь, тление царит в
мире.
Гнет позитивизма и теории социальной среды, давящий кошмар необходимости, бессмысленное подчинение личности целям рода, насилие и надругательство над вечными упованиями индивидуальности во имя фикции блага грядущих поколений, суетная жажда устроения общей жизни перед лицом
смерти и тления каждого человека, всего человечества и всего
мира, вера в возможность окончательного социального устроения человечества и в верховное могущество науки — все это было ложным, давящим живое человеческое лицо объективизмом, рабством у природного порядка, ложным универсализмом.
Если зло и страдания жизни,
смерть и ужас бытия не являются результатом предмирного преступления богоотступничества, великого греха всего творения, свободного избрания злого пути, если нет коллективной ответственности всего творения за зло
мира, нет круговой поруки, то теодицея [Теодицеей называется проблема оправдания Бога, но само это словосочетание вызывает возражение.
В грехопадении произошло смешение бытия с небытием, истины с ложью, жизни со
смертью, и история
мира призвана Провидением разделить эти два царства, действительное и призрачное.
Плоть этого
мира и плоть каждого из нас должна быть спасена для вечности, а для этого нужно не уходить из этого
мира в другой, не ждать переселения души и естественного ее бессмертия, а соединять этот
мир с Богом, участвовать в его вселенском спасении путем истории, спасать плоть от
смерти.
Вера в естественное бессмертие сама по себе бесплодна и безотрадна; для этой веры не может быть никакой задачи жизни и самое лучшее поскорее умереть,
смертью отделить душу от тела, уйти из
мира.
Дуалистический спиритуализм не может признать смысла жизни и смысла истории; для него выгоднее как можно скорейшая
смерть, естественный переход в другой, лучший
мир.
Может ли дитя
смерти спастись и спасти
мир собственными силами?
Мир принял Христа, так как
смерть царствовала в
мире, так как плоть
мира была больна и не излечивалась языческими средствами.
Христианство есть эпоха отрицания греховного
мира,
смерти его с Христом-Искупителем, есть антитезис, и этим определяется кажущаяся односторонность и неполнота христианской истины.
Спастись — не значит умереть для этого
мира и перейти в
мир иной, спастись — значит так преобразить этот
мир, чтоб над ним не властвовала
смерть, чтобы в нем все живое воскресло.
Спасение есть дело жизни, а не
смерти, дело этого
мира, а не другого.
Слишком ясно для полного религиозного сознания, что спасение есть дело всемирно-исторической жизни, всемирно-исторической творческой работы над плотью этого
мира, всемирно-исторической подготовки воскресения, а не индивидуального перехода в другой
мир путем
смерти, путем выхода из исторической жизни.
Достоинство человека — в его жизни, а не в
смерти, в соединении духа с плотью, а не в отделении духа от плоти, в соединении индивидуальной судьбы личности с исторической судьбой
мира, а не в отделении личной судьбы от мировой.
Все эмпирические формы зла —
смерть, болезнь, нужда, рабство, убийство, злоба, ненависть явились в
мир из этого источника.
Таким образом, одна основная метафизическая и космическая катастрофа грехопадения, введя в
мир смерть, обусловила и вызвала другую космическую катастрофу, но уже благую и радостную, — воскресение мертвых, предваряемое воскресением Одного — Первенца от мертвых, и преображение всего мира через создание «новой земли и нового неба, в них же правда живет».
Неточные совпадения
Доктор согласился быть моим секундантом; я дал ему несколько наставлений насчет условий поединка; он должен был настоять на том, чтобы дело обошлось как можно секретнее, потому что хотя я когда угодно готов подвергать себя
смерти, но нимало не расположен испортить навсегда свою будущность в здешнем
мире.
— Не напоминай, не тревожь прошлого: не воротишь! — говорил Обломов с мыслью на лице, с полным сознанием рассудка и воли. — Что ты хочешь делать со мной? С тем
миром, куда ты влечешь меня, я распался навсегда; ты не спаяешь, не составишь две разорванные половины. Я прирос к этой яме больным местом: попробуй оторвать — будет
смерть.
Луга-то (эти самые), // Да водка, да с три короба // Посулов то и сделали, // Что
мир решил помалчивать // До
смерти старика.
— Вы возродитесь, предсказываю вам, — сказал Сергей Иванович, чувствуя себя тронутым. — Избавление своих братьев от ига есть цель, достойная и
смерти и жизни. Дай вам Бог успеха внешнего, — и внутреннего
мира, — прибавил он и протянул руку.
— Да что же, я не перестаю думать о
смерти, — сказал Левин. Правда, что умирать пора. И что всё это вздор. Я по правде тебе скажу: я мыслью своею и работой ужасно дорожу, но в сущности — ты подумай об этом: ведь весь этот
мир наш — это маленькая плесень, которая наросла на крошечной планете. А мы думаем, что у нас может быть что-нибудь великое, — мысли, дела! Всё это песчинки.