Неточные совпадения
Видимая ли
вещь социализм, или прогресс, или всеобъемлющая наука, и могут ли эти
вещи быть предметами
знания?
В противоположность этому
знание может быть определено как обличение
вещей видимых.
Видимые, т. е. принудительно данные
вещи — область
знания, невидимые, т. е. не данные принудительно
вещи,
вещи, которые должно еще стяжать, — область веры.
Но посмотрим еще, на чем покоится эта уверенность в видимых
вещах и твердость
знания о них.
Через
знание мир видимых
вещей насильственно в меня входит.
Для данного мира действительности, мира видимого, объекта
знания, волевой акт свободного избрания, т. е. акт веры, уже совершен, совершен в таинственной глубине бытия; для мира же иного, мира невидимых
вещей, мы вновь должны совершить акт свободного волевого избрания, избрания того мира предметом своей любви, т. е. акт веры.
Для обличения мира невидимых
вещей нужна активность всей человеческой природы, общее ее напряжение, а не активность одного лишь интеллекта, как то мы находим в
знании мира видимого.
Во внутреннее существо природы, в творческую связь
вещей научное
знание не проникает, оно обходится без такого понимания причинности.
Непосредственное сознание и
знание Бога дано в умственном созерцании, интеллектуальной интуиции, которая качественно различествует от всякого другого восприятия
вещей.
Не должна ли открыть философия будущего, что в основе
знания и в основе веры лежит одна и та же интуиция, непосредственное восприятие
вещей, «обличение
вещей невидимых»?
Вера лишь расширяет сферу
знания и говорит о восприятии
вещей высшего порядка, но столь же реальных, как и
вещи низшего порядка.
Знание безопасно, оно обличает
вещи видимые, принуждающие.
Когда государство, область принуждения и закона, вторгается в церковь, область свободы и благодати, то происходит подобное тому, как когда
знание, принудительное обличение видимых
вещей, вторгается в веру, свободное обличение
вещей невидимых.
Неточные совпадения
Понятно, что и в расходах на их жизнь много сбережений. Они покупают все большими количествами, расплачиваются наличными деньгами, поэтому
вещи достаются им дешевле, чем при покупке в долг и по мелочи;
вещи выбираются внимательно, с
знанием толку в них, со справками, поэтому все покупается не только дешевле, но и лучше, нежели вообще приходится покупать бедным людям.
Саша ее репетитор по занятиям медициною, но еще больше нужна его помощь по приготовлению из тех предметов гимназического курса для экзамена, заниматься которыми ей одной было бы уж слишком скучно; особенно ужасная
вещь — это математика: едва ли не еще скучнее латинский язык; но нельзя, надобно поскучать над ними, впрочем, не очень же много: для экзамена, заменяющего гимназический аттестат, в медицинской академии требуется очень, очень немного: например, я не поручусь, что Вера Павловна когда-нибудь достигнет такого совершенства в латинском языке, чтобы перевести хотя две строки из Корнелия Непота, но она уже умеет разбирать латинские фразы, попадающиеся в медицинских книгах, потому что это
знание, надобное ей, да и очень не мудреное.
В них была безмерная сила чистоты и прозорливой жертвенности, —
знание страдания и готовность на вольное страдание, и та же
вещая жертвенность виделась в недетски мудрых очах Младенца.
Вера поэтому не враждует с
знанием, напротив, сплошь и рядом сливается с ним, переходит в него: хотя она есть «уповаемых извещение,
вещей обличение невидимых» (Евр. 11:1), но уповаемое становится, наконец, действительностью, невидимое видимым.
В действительности вере вовсе не свойственно связывать свою достоверность с такими свидетельствами и случайностями; она есть в своей достоверности независимое отношение к своему абсолютному предмету, чистое
знание его, которое не вмешивает букв, бумаги и переписчиков в свое сознание абсолютного существа и не опосредствуется такими
вещами» (Hegel's Phenomenologie des Geistes, Jubiläumausgabe, Phil.