В наивном, дофилософском сознании
есть здоровый реализм, здоровое чувство бытия, которое рассекалось и умерщвлялось рационалистическим развитием философии, процессом дифференцирования.
В язычестве было ощущение первоначальной святости плоти и плотской жизни,
был здоровый религиозный материализм, реалистическое чувство земли, но язычество было бессильно перед тлением плоти всего мира, не могло так преобразить плоть, чтоб она стала вечной и совершенной, не могло вырвать из плоти грех и зло.
Неточные совпадения
Вот почему в досократовской философии
было так много
здорового реализма,
был хороший примитивизм, чувствовался запах земли.
Вера в Троичность
есть вера в иной мир, в
здоровое, неограниченное бытие, которое не связано ни законом тождества, ни законом исключения третьего.
Большая часть философов допускает, что в нашем познании
есть какой-то дефект, что наш познавательный механизм — не
здоровый, а больной.
Нельзя нормально познавать без этики познания не потому, что логика и гносеология имеют исключительно дело с нормами долженствования, а потому, что познание
есть функция жизни и предполагает
здоровую жизнь познающего.
Что знание не
есть нечто отличное от бытия и противоположное ему, а
есть само бытие — этот
здоровый реалистический тезис очень трудно усвоить себе современному сознанию, засоренному всеми формами рационализма; он звучит чем-то наивным и примитивным, досократовским и почти что дофилософским.
Быть может, вершины бытия трансцендентны для нашего низшего, болезненного, вторичного сознания и имманентны для сознания высшего,
здорового, первичного.
Но можно ли примириться с безнадежностью этой болезни,
есть ли выход, остаются ли пути
здорового познания бытия?
Протестантизм
был не только разрывом с Церковью, но и
здоровой реакцией против уклонов католичества, против вырождения Церкви; протестантизм пытался восстановить свободу Христову, которая
была окончательно утрачена; в протестантизме утверждалось личное начало, которое лежало в основе религии Христа.
Инстинкт самосохранения и жизнеутверждения
есть религиозно
здоровый инстинкт.
— Вон из этой ямы, из болота, на свет, на простор, где
есть здоровая, нормальная жизнь! — настаивал Штольц строго, почти повелительно. — Где ты? Что ты стал? Опомнись! Разве ты к этому быту готовил себя, чтоб спать, как крот в норе? Ты вспомни все…
— Так видите, Алексей Петрович, когда солнце станет согревать эту грязь и теплота станет перемещать ее элементы в более сложные химические сочетания, то есть в сочетания высших форм, колос, который вырастает из этой грязи от солнечного света,
будет здоровый колос.
Неточные совпадения
Хозяин,
будучи сам человек
здоровый и крепкий, казалось, хотел, чтобы и комнату его украшали тоже люди крепкие и
здоровые.
— Позвольте мне вам заметить, что это предубеждение. Я полагаю даже, что курить трубку гораздо
здоровее, нежели нюхать табак. В нашем полку
был поручик, прекраснейший и образованнейший человек, который не выпускал изо рта трубки не только за столом, но даже, с позволения сказать, во всех прочих местах. И вот ему теперь уже сорок с лишком лет, но, благодаря Бога, до сих пор так здоров, как нельзя лучше.
Но
здоровые и полные щеки его так хорошо
были сотворены и вмещали в себе столько растительной силы, что бакенбарды скоро вырастали вновь, еще даже лучше прежних.
— Мы ведем жизнь довольно прозаическую, — сказал он, вздохнув, — пьющие утром воду — вялы, как все больные, а пьющие вино повечеру — несносны, как все
здоровые. Женские общества
есть; только от них небольшое утешение: они играют в вист, одеваются дурно и ужасно говорят по-французски. Нынешний год из Москвы одна только княгиня Лиговская с дочерью; но я с ними незнаком. Моя солдатская шинель — как печать отвержения. Участие, которое она возбуждает, тяжело, как милостыня.
Здоровому человеку, разумеется, их незачем видеть, потому что
здоровый человек
есть наиболее земной человек, а стало
быть, должен жить одною здешнею жизнью, для полноты и для порядка.