Неточные совпадения
Национализм может быть
чистым западничеством, евреизацией России, явлением партикуляристическим по своему духу, не вмещающим никакой великой
идеи о России, неведующим России, как некоего великого Востока.
Но в нашем классическом славянофильстве, у Киреевского, Хомякова, Аксаковых, Самарина, трудно найти
чистое выражение славянской
идеи.
Другие большие города Европы — это уже Париж второго и третьего сорта, не
чистые воплощения
идеи нового Города и половинчатые, разбавленные провинциализмом.
В сложном отношении к «германской
идее» стоит Ницше, который по духу своему и по крови не был
чистым германцем.
И я начинаю ей разъяснять, как, что и почему; но по мере того как развиваются мои разъяснения, я и сам незаметным образом сбиваюсь с толку. Вместо того чтоб пропагандировать
чистую идею государственности, я ударяюсь в околичности, привожу примеры, доказывающие, что многие солдаты до генеральских чинов дослужились, а больше, конечно, до чина прапорщичьего.
Непременно хотят дуализма, хотят делить мир на мыслимое и являемое, уверяя, что только
чистые идеи имеют настоящую действительность, а все являемое, т. е. видимое, составляет только отражение этих высших идей.
Чистая идея — это нечто существующее an und für sich, [в себе и для себя (нем.).] вне всяких условий, вне пространства, вне времени; она может жить и развиваться сама из себя: скажите же на милость, зачем ей, при таких условиях, совершенно обеспечивающих ее существование, натыкаться на какого-нибудь безобразного Прошку, который может даже огорчить ее своим безобразием?
Неточные совпадения
Этим успехом, следовательно,
чистый теоретический разум, для которого все эти
идеи трансцендентны и не имеют объекта, обязан исключительно своей
чистой практической способности.
И если реальность установляется чувственностью или телесностью, которая, однако, не существует вне
идеи, то
чистая идеальность есть призрачность или отвлеченность.
Учение Канта о «разумной вере» страдает половинчатостью, это полувера-полуразум: хотя ею переступается область познаваемого разумом, но в то же время разум не хочет отказаться от своего господства и контроля и в этой чуждой ему области [Для противоречивости и двойственности
идей Канта в вопросе о вере характерна глава «Критики практического разума» под заглавием: «Каким образом возможно мыслить расширение
чистого разума в практическом отношении, не расширяя при этом его познания как разума спекулятивного?» Здесь «теоретическое познание
чистого разума еще не получает прироста.
Крупнейшею заслугой Канта в теоретической философии было констатирование антиномий рассудка, благодаря которым он неизбежно запутывается в свои собственные сети [Имеются в виду антиномии космологических
идей в трансцендентальной диалектике Канта, или его трансцендентальная аналитика в «Критике
чистого разума».].
Поэтому свобода любви в глубоком и
чистом смысле слова есть русский догмат, догмат русской интеллигенции, он входит в русскую
идею, как входит отрицание смертной казни.