Славянская идея и славянское единение невозможны, если русский и православный тип славянства признается полной и исключительной истиной, не нуждающейся
ни в каком дополнении и ни в каком существовании других типов славянской культуры.
Неточные совпадения
И
как ни поверхностны,
как ни банальны были космополитические доктрины интеллигенции,
в них все-таки хоть искаженно, но отражался сверхнациональный, всечеловеческий дух русского народа.
Эта погруженность
в стихию русской земли, эта опьяненность стихией, оргийное ее переживание не совместимы
ни с
какой культурой ценностей,
ни с
каким самосознанием личности.
Империализм,
как бы
ни были часто низменны его мотивы и дурны его приемы, все же выводит за грани замкнутого национального существования, он выводит за границы Европы
в мировую ширь, за моря и океаны, объединяет Восток и Запад.
Поэтому,
как бы высоко, по видимости, эта германская религия
ни возносила человека, она,
в конце концов,
в глубочайшем смысле отрицает человека,
как самобытное религиозное начало.
С точки зрения сострадания к людям и человеческим поколениям, боязни боли и жестокости, лучше оставаться
в старой системе приспособления, ничего не искать,
ни за
какие ценности не бороться.
Если бы не превращение коммунизма
в предельный коллективизм, не оставляющий места
ни для
каких индивидуализаций, то я бы предпочел слово «коммунизм», я бы защищал религиозный и аристократический (не
в социальном, а
в классическом смысле слова) коммунизм.
Если отрицать ценность личности и сомневаться
в ее реальности, то
ни о
какой свободе не может быть и речи.
Но внутренняя духовность человека не может быть задавлена,
как бы на него
ни давила жестокая необходимость, духовная жажда
в нем пробудится.
Но тем не менее ему опять-таки было ясно, что Соня с своим характером и с тем все-таки развитием, которое она получила,
ни в каком случае не могла так оставаться.
В чести был он от всех козаков; два раза уже был избираем кошевым и на войнах тоже был сильно добрый козак, но уже давно состарился и не бывал
ни в каких походах; не любил тоже и советов давать никому, а любил старый вояка лежать на боку у козацких кругов, слушая рассказы про всякие бывалые случаи и козацкие походы.
Было самое спешное рабочее время, когда во всем народе проявляется такое необыкновенное напряжение самопожертвования в труде, какое не проявляется
ни в каких других условиях жизни и которое высоко ценимо бы было, если бы люди, проявляющие эти качества, сами ценили бы их, если б оно не повторялось каждый год и если бы последствия этого напряжения не были так просты.
Неточные совпадения
Ответа нет. Он вновь посланье: // Второму, третьему письму // Ответа нет.
В одно собранье // Он едет; лишь вошел… ему // Она навстречу.
Как сурова! // Его не видят, с ним
ни слова; // У!
как теперь окружена // Крещенским холодом она! //
Как удержать негодованье // Уста упрямые хотят! // Вперил Онегин зоркий взгляд: // Где, где смятенье, состраданье? // Где пятна слез?.. Их нет, их нет! // На сем лице лишь гнева след…
Так мысль ее далече бродит: // Забыт и свет и шумный бал, // А глаз меж тем с нее не сводит // Какой-то важный генерал. // Друг другу тетушки мигнули, // И локтем Таню враз толкнули, // И каждая шепнула ей: // «Взгляни налево поскорей». — // «Налево? где? что там такое?» — // «Ну, что бы
ни было, гляди… //
В той кучке, видишь? впереди, // Там, где еще
в мундирах двое… // Вот отошел… вот боком стал… — // «Кто? толстый этот генерал?»
Мне памятно другое время! //
В заветных иногда мечтах // Держу я счастливое стремя… // И ножку чувствую
в руках; // Опять кипит воображенье, // Опять ее прикосновенье // Зажгло
в увядшем сердце кровь, // Опять тоска, опять любовь!.. // Но полно прославлять надменных // Болтливой лирою своей; // Они не стоят
ни страстей, //
Ни песен, ими вдохновенных: // Слова и взор волшебниц сих // Обманчивы…
как ножки их.
Но я не создан для блаженства; // Ему чужда душа моя; // Напрасны ваши совершенства: // Их вовсе недостоин я. // Поверьте (совесть
в том порукой), // Супружество нам будет мукой. // Я, сколько
ни любил бы вас, // Привыкнув, разлюблю тотчас; // Начнете плакать: ваши слезы // Не тронут сердца моего, // А будут лишь бесить его. // Судите ж вы,
какие розы // Нам заготовит Гименей // И, может быть, на много дней.
Какие б чувства
ни таились // Тогда во мне — теперь их нет: // Они прошли иль изменились… // Мир вам, тревоги прошлых лет! //
В ту пору мне казались нужны // Пустыни, волн края жемчужны, // И моря шум, и груды скал, // И гордой девы идеал, // И безыменные страданья… // Другие дни, другие сны; // Смирились вы, моей весны // Высокопарные мечтанья, // И
в поэтический бокал // Воды я много подмешал.