Неточные совпадения
Русский
народ всегда любил
жить в тепле коллектива,
в какой-то растворенности
в стихии земли,
в лоне матери.
Они хотели верить, что
в русском
народе живет всечеловеческий христианский дух, и они возносили русский
народ за его смирение.
Русский
народ слишком
живет в национально-стихийном коллективизме, и
в нем не окрепло еще сознание личности, ее достоинства и ее прав.
В каком же смысле русское народное православное сознание верит
в святую Русь и всегда утверждает, что Русь
живет святостью,
в отличие от
народов Запада, которые
живут лишь честностью, т. е. началом менее высоким?
Русский
народ и истинно русский человек
живут святостью не
в том смысле, что видят
в святости свой путь или считают святость для себя
в какой-либо мере достижимой или обязательной.
Я верю, что бессознательно славянская идея
живет в недрах души русского
народа, она существует, как инстинкт, все еще темный и не нашедший себе настоящего выражения.
Русский
народ в своих низах погружен
в хаотическую, языческую еще земляную стихию, а на вершинах своих
живет в апокалиптических чаяниях, жаждет абсолютного и не мирится ни с чем относительным.
Я
живу в прошлом и будущем истории моего
народа, истории человечества и истории мира.
В глубине клеток народной жизни должно произойти перерождение, идущее изнутри, и я верю, что оно происходит, что русский
народ духовно
жив и что ему предстоит великое будущее.
Неточные совпадения
— Мне совестно наложить на вас такую неприятную комиссию, потому что одно изъяснение с таким человеком для меня уже неприятная комиссия. Надобно вам сказать, что он из простых, мелкопоместных дворян нашей губернии, выслужился
в Петербурге, вышел кое-как
в люди, женившись там на чьей-то побочной дочери, и заважничал. Задает здесь тоны. Да у нас
в губернии, слава богу,
народ живет не глупый: мода нам не указ, а Петербург — не церковь.
Впрочем, если сказать правду, они всё были
народ добрый,
жили между собою
в ладу, обращались совершенно по-приятельски, и беседы их носили печать какого-то особенного простодушия и короткости: «Любезный друг Илья Ильич», «Послушай, брат, Антипатор Захарьевич!», «Ты заврался, мамочка, Иван Григорьевич».
Ему вдруг почему-то вспомнилось, как давеча, за час до исполнения замысла над Дунечкой, он рекомендовал Раскольникову поручить ее охранению Разумихина. «
В самом деле, я, пожалуй, пуще для своего собственного задора тогда это говорил, как и угадал Раскольников. А шельма, однако ж, этот Раскольников! Много на себе перетащил. Большою шельмой может быть со временем, когда вздор повыскочит, а теперь слишком уж
жить ему хочется! Насчет этого пункта этот
народ — подлецы. Ну да черт с ним, как хочет, мне что».
И где такой
народ благочестивой, // C которым думаешь ты
жить в ладу?» — // «О, я прямёхонько иду //
В леса Аркадии счастливой.
Они никогда не смущали себя никакими туманными умственными или нравственными вопросами: оттого всегда и цвели здоровьем и весельем, оттого там
жили долго; мужчины
в сорок лет походили на юношей; старики не боролись с трудной, мучительной смертью, а, дожив до невозможности, умирали как будто украдкой, тихо застывая и незаметно испуская последний вздох. Оттого и говорят, что прежде был крепче
народ.