Неточные совпадения
Россия — самая безгосударственная, самая анархическая
страна в мире.
Россия — самая государственная и самая бюрократическая
страна в мире, все
в России превращается
в орудие политики.
Классы и сословия слабо были развиты и не играли той роли, какую играли
в истории западных
стран.
Россия — самая не шовинистическая
страна в мире.
Интеллигенты-отщепенцы
в известном смысле были более национальны, чем наши буржуазные националисты, по выражению лица своего похожие на буржуазных националистов всех
стран.
Национален
в России именно ее сверхнационализм, ее свобода от национализма;
в этом самобытна Россия и не похожа ни на одну
страну мира.
Россия — самая националистическая
страна в мире,
страна невиданных эксцессов национализма, угнетения подвластных национальностей русификацией,
страна национального бахвальства,
страна,
в которой все национализировано вплоть до вселенской церкви Христовой,
страна, почитающая себя единственной призванной и отвергающая всю Европу, как гниль и исчадие дьявола, обреченное на гибель.
Россия грешна, но и
в грехе своем она остается святой
страной —
страной святых, живущей идеалами святости.
Русское национальное самомнение всегда выражается
в том, что Россия почитает себя не только самой христианской, но и единственной христианской
страной в мире.
Россия — самая не буржуазная
страна в мире;
в ней нет того крепкого мещанства, которое так отталкивает и отвращает русских на Западе.
Русская народная жизнь с ее мистическими сектами, и русская литература, и русская мысль, и жуткая судьба русских писателей, и судьба русской интеллигенции, оторвавшейся от почвы и
в то же время столь характерно национальной, все, все дает нам право утверждать тот тезис, что Россия —
страна бесконечной свободы и духовных далей,
страна странников, скитальцев и искателей,
страна мятежная и жуткая
в своей стихийности,
в своем народном дионисизме, не желающем знать формы.
Россия —
страна купцов, погруженных
в тяжелую плоть, стяжателей, консервативных до неподвижности,
страна чиновников, никогда не переступающих пределов замкнутого и мертвого бюрократического царства,
страна крестьян, ничего не желающих, кроме земли, и принимающих христианство совершенно внешне и корыстно,
страна духовенства, погруженного
в материальный быт,
страна обрядоверия,
страна интеллигентщины, инертной и консервативной
в своей мысли, зараженной самыми поверхностными материалистическими идеями.
Можно подумать, что личность не проснулась еще не только
в России консервативной, но и
в России революционной, что Россия все еще остается
страной безличного коллектива.
Россия, столь своеобразная, столь необычайного духа
страна, постоянно находилась
в сервилистическом отношении к Западной Европе.
И
в других
странах можно найти все противоположности, но только
в России тезис оборачивается антитезисом, бюрократическая государственность рождается из анархизма, рабство рождается из свободы, крайний национализм из сверхнационализма.
Но таинственная
страна противоречий, Россия таила
в себе пророческий дух и предчувствие новой жизни и новых откровений.
И если можно многое привести
в защиту того тезиса, что Россия —
страна охранения религиозной святыни по преимуществу и
в этом ее религиозная миссия, то не меньше можно привести
в защиту того антитезиса, что Россия по преимуществу
страна религиозного алкания, духовной жажды, пророческих предчувствий и ожиданий.
В ней нет дара создания средней культуры, и этим она действительно глубоко отличается от
стран Запада, отличается не только по отсталости своей, а по духу своему.
В России произошла централизация культуры, опасная для будущего такой огромной
страны.
Если бюрократически-абсолютистская централизация и централизация революционно-якобинская вообще опасны для здорового народного развития, то еще более опасны они
в такой колоссальной и таинственной
стране, как Россия.
Все народы, все
страны проходят известную стадию развития и роста, они вооружаются орудиями техники научной и социальной,
в которой самой по себе нет ничего индивидуального и национального, ибо
в конце концов индивидуален и национален лишь дух жизни.
Культурная роль англичан
в Индии, древней
стране великих религиозных откровений мудрости, которые и ныне могут помочь народам Европы углубить их религиозное сознание, слишком известна, чтобы возможно было поддерживать ложь культурной идеологии империализма.
В своем отвращении к католичеству славянофилы доходили до того, что протестантскую Германию предпочитали
странам и народам католическим.
В мещанской Франции, богатой, устроившейся и самодовольной, нельзя уже было узнать
страны Жанны д’Арк и Наполеона, великой революции и великих исканий свободы.
Существуют
страны и народы, огромная роль которых
в истории определяется не положительным, творческим призванием, а той карой, которую несут они другим народам за их грехи.
Оправдание России
в мировой борьбе, как и всякой
страны, всякого народа, может быть лишь
в том, что внесет
в мир большие ценности, более высокого качества духовную энергию, чем Германия, притязания которой на мировое владычество она отражает, что своим неповторимым индивидуальным духом она подымает человечество на более высокую ступень бытия.
Представитель с.-д. принципиально заявил, что социал-демократы отказываются от участия
в военно-морской комиссии и не берут на себя ответственности за оборону
страны, так как
в обороне должен участвовать весь народ.
Такая отвлеченность и абсолютность
в политике на практике ведут к тому, что интересы своей партии или социальной группы ставятся выше интересов
страны и народа, интересы части — выше интересов целого.
Я на родине ядовитых перцев, пряных кореньев, слонов, тигров, змей,
в стране бритых и бородатых людей, из которых одни не ведают шапок, другие носят кучу ткани на голове: одни вечно гомозятся за работой, c молотом, с ломом, с иглой, с резцом; другие едва дают себе труд съесть горсть рису и переменить место в целый день; третьи, объявив вражду всякому порядку и труду, на легких проа отважно рыщут по морям и насильственно собирают дань с промышленных мореходцев.
Неточные совпадения
Онегин был готов со мною // Увидеть чуждые
страны; // Но скоро были мы судьбою // На долгий срок разведены. // Отец его тогда скончался. // Перед Онегиным собрался // Заимодавцев жадный полк. // У каждого свой ум и толк: // Евгений, тяжбы ненавидя, // Довольный жребием своим, // Наследство предоставил им, // Большой потери
в том не видя // Иль предузнав издалека // Кончину дяди старика.
Он пел любовь, любви послушный, // И песнь его была ясна, // Как мысли девы простодушной, // Как сон младенца, как луна //
В пустынях неба безмятежных, // Богиня тайн и вздохов нежных; // Он пел разлуку и печаль, // И нечто, и туманну даль, // И романтические розы; // Он пел те дальные
страны, // Где долго
в лоно тишины // Лились его живые слезы; // Он пел поблеклый жизни цвет // Без малого
в осьмнадцать лет.
Сперва ученый подъезжает
в них необыкновенным подлецом, начинает робко, умеренно, начинает самым смиренным запросом: не оттуда ли? не из того ли угла получила имя такая-то
страна? или: не принадлежит ли этот документ к другому, позднейшему времени? или: не нужно ли под этим народом разуметь вот какой народ?
— А помните наше житье-бытье
в крепости? Славная
страна для охоты!.. Ведь вы были страстный охотник стрелять… А Бэла?..
Он уже очутился тут арендатором и корчмарем; прибрал понемногу всех окружных панов и шляхтичей
в свои руки, высосал понемногу почти все деньги и сильно означил свое жидовское присутствие
в той
стране.