Неточные совпадения
Казалось бы, так ясно, что философия должна быть философской, исключительно философской, а не научной, подобно тому как
мораль должна быть моральной, религия —
религиозной, искусство — художественным.
Оппортунизм христианской
морали находит себе высшую
религиозную санкцию в мистике послушания.
В первом случае
мораль закона сохраняет свой
религиозный смысл.
Мировой
религиозный кризис есть также моральный кризис, переход к
морали творчества.
Я понял, что его
религиозная мораль попала в столкновение с своего рода «политикою». Он Тертуллиана «О зрелищах» читал и вывел, что «во славу Христову» нельзя ни в театры ходить, ни танцевать, ни в карты играть, ни многого иного творить, без чего современные нам, наружные христиане уже обходиться не умеют. Он был своего рода новатор и, видя этот обветшавший мир, стыдился его и чаял нового, полного духа и истины.
Неточные совпадения
ЕСИ, синтетическое
религиозное суждение a priori, есть единственная опора религии, без которой она не существует, подобно тому как искусство не существует без красоты или
мораль без различия добра и зла.
Больше того, религия, которую хотят целиком свести к
морали, в целостности своей находится выше
морали и потому свободна от нее:
мораль существует для человека в известных пределах, как закон, но человек должен быть способен подниматься и над
моралью [Одним из наиболее ярких примеров преодоления
морали является война, поэтому так трудно морально принять и оправдать войну, и остается только
религиозное ее оправдание.
И это потому, что он не видел в религии самостоятельной области духа, и не считал
религиозного сознания совершенно особой, самобытной стихией сознания вообще, но рассматривал религию исключительно в плоскости этики, считая ее как бы музыкой
морали и, пожалуй, ее восполнением.
Интеллигенция скорее напоминала монашеский орден или
религиозную секту со своей особой
моралью, очень нетерпимой, со своим обязательным миросозерцанием, со своими особыми нравами и обычаями и даже со своеобразным физическим обликом, по которому всегда можно было узнать интеллигента и отличать его от других социальных групп.
«Мыслящий реалист» чужд всякой мечтательности и романтизма, он враг всяких возвышенных идей, не имеющих никакого отношения к действительности и не реализуемых, он склонен к цинизму, когда речь идет об изобличении иллюзий
религиозных, метафизических и эстетических, у него культ дела и труда, он признает лишь естественные науки и презирает науки гуманитарные, он проповедует
мораль разумного эгоизма не потому, что он был эгоистичнее «идеалистического» типа, — наоборот эгоистичнее был «идеалистический» тип, — а потому, что он хотел беспощадного разоблачения обманных возвышенных идей, которыми пользовались для самых низменных интересов.