Цитаты со словосочетанием «от кого-либо»

Область
поиска
Область
поиска
Мои способности обнаруживались лишь тогда, когда умственный процесс шел от меня, когда я был в активном и творческом состоянии, и я не мог обнаружить способностей, когда нужно было пассивное усвоение и запоминание, когда процесс шел извне ко мне.
Уже в моем отце, во вторую половину жизни, было что-то переходное от наших предков ко мне.
В моем «я» есть многое не от меня.
Характерно для меня, что я мог переживать и тоску и ужас, но не мог выносить печали и всегда стремился как можно скорее от нее избавиться.
Философская мысль всегда особождала меня от гнетущей тоски «жизни», от ее уродства.
«Несчастье человека, — говорит Карлейль в Sartor resartus [«Трудолюбивый крестьянин» (лат.).], — происходит от его величия; от того, что в нем есть Бесконечное, от того, что ему не удается окончательно похоронить себя в конечном».
И всякий раз, когда я чувствовал хоть малейшие признаки зависимости от кого-либо и чего-либо, это вызывало во мне бурный протест и вражду.
Никакого умственного влияния я не мог воспринять иначе, чем получив санкцию от моей свободы.
Навязанная мне истина, во имя которой требуют от меня отречения от свободы, совсем не есть истина, а есть чертов соблазн.
Я не могу признать ложью то, в чем я узреваю истину, потому только, что от меня требуют признать это ложью.
Я боялся раствориться в жалости, погибнуть от нее.
Мне казалось, что от моей заботы зависит, погибнет ли человек или нет.
Влюбленный находится в меньшей зависимости от половой потребности, может легче от нее воздерживаться, может даже делаться аскетом.
Я, в сущности, не отрицаю открывшегося мне в прошлом, не отрекаюсь от него, а — или на время отодвигаю из поля моего сознания, или вижу в новом для меня свете.
Невозможно отделить философское познание от совокупности духовного опыта человека, от его религиозной веры, от его мистического созерцания, если оно есть у человека.
И политика революционная имеет свое деспотическое «общественное мнение», и от него рабски зависят профессиональные революционеры.
Но в эпоху торжества большевизма он оттолкнулся от его уродливых сторон, признал не настоящим и занимал очень скромное положение.
Но очень скоро меня начало отчуждать от него решительное преобладание политики над проблемами духовными и уклон вправо в самой политике.
Мережковские всегда имели тенденции к образованию своей маленькой церкви и с трудом могли примириться с тем, что тот, на кого они возлагали надежды в этом смысле, отошел от них и критиковал их идеи в литературе.
Более всего меня оттолкнуло от него отсутствие темы о свободе.
Деятели Французской революции вдохновлялись идеями Ж.Ж. Руссо и философии XVI-XVII века, были на высоте передовой мысли того времени (это независимо от ее оценки по существу).
Но в конце концов люди от него уходили.
Выяснилось, что очень близко от нас владелец усадьбы, Вл. А. Шеерман, толстовец по убеждениям, устроил толстовского типа колонию, духовную общину.
От него исходила необыкновенная благостность.
Если какой-нибудь епископ старой формации не склонен был преувеличивать своего авторитета, то молодежь была недовольна и требовала от него авторитарного иерархического сознания, то есть, в сущности, подчинения сознанию молодежи.
Одни укоряли меня за эту книгу, другие укоряли за то, что я отказался от нее.
Дзержинский мне ответил: «Мы этого и ждем от Вас».
Все говорили как бы от своих профессий, от церквей, с которыми чувствовали себя слитыми.
Мой интерес к собраниям «Union pour la vérité» исчерпался, но я многое от них узнал.
Они легко переходят от рассмотрения вашей мысли к нравственному требованию от вас, требованию подвига святости или революционного героизма в зависимости от направления.
От него пошли все несчастья.
Я никогда не мог реализовать этой собственности, не получал от нее ни одного гроша и имел лишь расходы.
Наследство, сделавшее нас обладателями павильона, я получил от нашего умершего друга, Флоренс В., англичанки по происхождению, замужем за очень богатым французом.
Уже в своей книге «Смысл творчества», совсем по-иному, чем Н. Федоров, и независимо от него, я высказал мысли о творчески-активном понимании Апокалипсиса.
Во мне нет старческой мудрости, и от ее недостатка я страдаю.
Часто я не ожидал этого от них.
У меня плохой слух, плохая музыкальная память, от меня ускользают оттенки в исполнении.
С особенной любовью перечитываю я русскую литературу XIX века и всегда получаю от нее поучение.
И опять возвращаюсь к брезгливости и содрогаюсь от нее.

Неточные совпадения

С трудом выразима та положительная ценность, которая получена от общения с душой другого.
У меня никогда не было чувства происхождения от отца и матери, я никогда не ощущал, что родился от родителей.
У него не было никакой склонности делать карьеру, и он даже отказался от чина, который ему полагался за то, что более двадцати пяти лет он был почетным мировым судьей.
Первое мое впечатление от заграницы была Вена, которая мне очень понравилась.
Как майорат, это имение нельзя было ни продать, ни заложить, и это спасло от полного разорения.
Я не только не считал собственность священной, но и никогда не мог освободиться от чувства греховности собственности.
Но в коллективной атмосфере военного учебного заведения я был резким индивидуалистом, очень отъединенным от других.
До переворота у меня было много неприятных черт, от которых я освободился.
Она принадлежала к толстовскому кругу, но было что-то от Достоевского.
Отца всегда пугало, когда я делался белым как полотно от припадка вспыльчивости.
Я страдал от всякого уродства.
Я боролся с миром не как человек, который хочет и может победить и покорить себе, а как человек, которому мир чужд и от власти которого он хочет освободить себя.
Я находил в себе духовные силы пережить смерть людей, но совершенно изнемогал от ожидания этой смерти в воображении.
Он ни от чего не мог испытать удовлетворения.
Я тоже почти ни от чего не могу испытать удовлетворения и именно вследствие силы воображения.
Я всегда чувствовал себя далеким от того, что называют «жизнью».
У меня был довольно сильный организм, но было отталкивание от физиологических функций организма, брезгливость ко всему, связанному с плотью мира, с материей.
Моя изначальная, ранняя любовь к философии и к философии метафизической связана с моим отталкиванием от «жизни» как насилующей и уродливой обыденности.
Мне доставляло мало удовлетворения переживание самой жизни, за исключением творчества, больше наслаждения я испытывал от воспоминания о жизни или мечты о жизни.
Физиологические потребности никогда не казались мне безотлагательными, все мне представлялось зависящим от направленности сознания, от установки духа.
Когда мне кто-нибудь говорил, что воздержание от мясной пищи дается трудной борьбой, то мне это было мало понятно, потому что у меня всегда было отвращение к мясной пище, и я должен был себя пересиливать, чтобы есть мясо.
Сейчас знаю усталость от возраста и болезней.
Тут слишком много от гордости, равнодушия, изолированности, чуждости всему, жизни в мечте.
У меня были не только внешние припадки гнева, но я иногда горел от гнева, оставаясь один в комнате и в воображении представляя себе врага.
Я сознавал в себе большую силу духа, большую независимость и свободу от окружающего мира и в обыденной жизни часто бывал раздавлен беспорядочным напором ощущений и эмоций.
Нужно отличать «я» с его эгоистичностью от личности. «Я» есть первичная данность, и оно может сделаться ненавистным, как говорил Паскаль.
Я защищался от мира, охраняя свою свободу.
Во мне нет ничего от «столпов общества», от солидных людей, от охранителей основ, хотя бы либеральных или социалистических.
Когда пробудилось мое сознание, я сознал глубокое отталкивание от обыденности.
У меня вообще никогда не было перспективы какой-либо жизненной карьеры и было отталкивание от всего академического.
От соприкосновения же с людьми я делался сух.
Это, впрочем, зависело от периодов жизни, иногда она достигала большей остроты и напряженности, иногда ослаблялась.
Страх говорит об опасности, грозящей мне от низшего мира.
Страх, всегда связанный с эмпирической опасностью, нужно отличать от ужаса, который связан не с эмпирической опасностью, а с трансцендентным, с тоской бытия и небытия.
Кирхегардт отличает Angst от Furcht.
Очень сильное переживание ужаса может даже излечить от тоски.
Это странно, но мне казалось, что я вынесу тоску, очень мне свойственную, вынесу и ужас, но от печали, если поддамся ей, я совершенно растаю и исчезну.
Это тоска от нереализованности преизбыточных жизненных сил и неуверенности, что удастся вполне реализовать эти силы.
Сумерки — переходное состояние между светом и тьмой, когда источник дневного света уже померк, но не наступило еще того иного света, который есть в ночи, или искусственного человеческого света, охраняющего человека от стихии тьмы, или света звездного.
Тоска очень связана с отталкиванием от того, что люди называют «жизнью», не отдавая себе отчета в значении этого слова.
Философия (вечно зеленая «теория») освобождена от тоски и скуки «жизни».
Я стал философом, пленился «теорией», чтобы отрешиться от невыразимой тоски обыденной «жизни».
Тоска исходит от «жизни», от сумерек и мглы «жизни» и устремлена к трансцендентному.
Я испытывал скуку от мирочувствия и миросозерцания большей части людей, от политики, от идеологии и практики национальной и государственной.
Я всегда бежал от конечности жизни.
Я от слишком многого уходил, в то время как многое нужно было преображать.
Я ни от чего не чувствовал полного удовлетворения, в глубине считая его греховным.
Я изошел от свободы, она моя родительница.
Я никогда не соглашался отказаться от свободы и даже урезать ее, ничего не соглашался купить ценой отказа от свободы.
Я от многого мог отказаться в жизни, но не во имя долга или религиозных запретов, а исключительно во имя свободы и, может быть, еще во имя жалости.
 

Выдержки из русской классики со словосочетанием «от кого-либо»

— В таком случае, изложите ее письменно. Она пойдет в комиссию всяких прошений. Комиссия всяких прошений, пометивши, препроводит ее ко мне. От меня поступит она в комитет сельских дел, там сделают всякие справки и выправки по этому делу. Главноуправляющий вместе с конторою в самоскорейшем времени положит свою резолюцию, и дело будет сделано.
— Грушницкий! — сказал я, — еще есть время; откажись от своей клеветы, и я тебе прощу все. Тебе не удалось меня подурачить, и мое самолюбие удовлетворено; вспомни — мы были когда-то друзьями…
Я, может быть, и сам от вас кой-что даже и теперь скрываю-с.
Нет, в Петербурге институт // Пе-да-го-гический, так, кажется, зовут: // Там упражняются в расколах и в безверьи // Профессоры!! — у них учился наш родня // И вышел! хоть сейчас в аптеку, в подмастерьи. // От женщин бегает, и даже от меня! // Чинов не хочет знать! Он химик, он ботаник, // Князь Федор, мой племянник.
У меня три хутора, половина табунов отцовских — мои, все, что принесла отцу мать моя, что даже от него скрывает она, — все мое.

Неточные совпадения

Деревня, где скучал Евгений, // Была прелестный уголок; // Там друг невинных наслаждений // Благословить бы небо мог. // Господский дом уединенный, // Горой от ветров огражденный, // Стоял над речкою. Вдали // Пред ним пестрели и цвели // Луга и нивы золотые, // Мелькали сёлы; здесь и там // Стада бродили по лугам, // И сени расширял густые // Огромный, запущенный сад, // Приют задумчивых дриад.
Задумчивость, ее подруга // От самых колыбельных дней, // Теченье сельского досуга // Мечтами украшала ей. // Ее изнеженные пальцы // Не знали игл; склонясь на пяльцы, // Узором шелковым она // Не оживляла полотна. // Охоты властвовать примета, // С послушной куклою дитя // Приготовляется шутя // К приличию, закону света, // И важно повторяет ей // Уроки маменьки своей.
Она, взглянуть назад не смея, // Поспешный ускоряет шаг; // Но от косматого лакея // Не может убежать никак; // Кряхтя, валит медведь несносный; // Пред ними лес; недвижны сосны // В своей нахмуренной красе; // Отягчены их ветви все // Клоками снега; сквозь вершины // Осин, берез и лип нагих // Сияет луч светил ночных; // Дороги нет; кусты, стремнины // Метелью все занесены, // Глубоко в снег погружены.
Нет, вот попробуй он играть дублетом, [Играть дублетом — «не отделять от выигрыша, а пускать вдвое».
— Ах, батюшка! ах, благодетель мой! — вскрикнул Плюшкин, не замечая от радости, что у него из носа выглянул весьма некартинно табак, на образец густого кофия, и полы халата, раскрывшись, показали платье, не весьма приличное для рассматриванья.
Смотреть все выдержки из русской классики со словосочетанием «от кого-либо»

Предложения со словосочетанием «от кого-либо»

Значение слова «от»

  • ОТ и ОТО, предлог с род. п. Без ударения, кроме тех случаев, когда оно переносится с существительного на предлог, например: час о́т часу, о́т роду. 1. Употребляется при обозначении места, предмета и т. п., являющегося исходной, отправной точкой движения, перемещения. (Малый академический словарь, МАС)

    Все значения слова ОТ

Значение слова «кто-либо»

Афоризмы русских писателей со словом «от»

Отправить комментарий

@
Смотрите также

Значение слова «от»

ОТ и ОТО, предлог с род. п. Без ударения, кроме тех случаев, когда оно переносится с существительного на предлог, например: час о́т часу, о́т роду. 1. Употребляется при обозначении места, предмета и т. п., являющегося исходной, отправной точкой движения, перемещения.

Все значения слова «от»

Значение слова «кто-либо»

КТО́-ЛИБО, кого́-либо и т. д. (см. кто), мест. неопределенное. То же, что кто-нибудь.

Все значения слова «кто-либо»

Предложения со словосочетанием «от кого-либо»

  • Никуда от нашей пашни не уйдём, сколь бы ты нас не улещивал или страшил казнью.

  • Так вот, в последнее время у вас не пропадали ключи от моей квартиры?

  • Конечно, юноши богатеют, но они проводят ночи за картами, и богатство уходит от них, и они говорят друг другу грубые слова, и в гневе осыпают друг друга ударами, и между ними случаются кровавые драки.

  • (все предложения)

Синонимы к слову «от»

Синонимы к слову «кто-либо»

Морфология

Правописание

 
а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я