Неточные совпадения
Первый раз ездил за
границу семи лет
в Карлсбад, где моя мать лечила болезнь печени.
В этом майоратном имении, находившемся на самой
границе Германии, мы никогда не жили.
Но
в этом отношении моя храбрость имеет
границы и я малодушен и труслив.
Это очень богатый мир, мир, непохожий на обыденность, и
в нем преодолеваются
границы времени и пространства.
В одну из своих поездок за
границу я привез большое количество социал-демократической литературы
в фальшивом дне сундука.
Когда я ездил за
границу, то
в Швейцарии встречался с основателями и главарями русской социал-демократии.
Я принял участие
в двух съездах за
границей в 1903 и 1904 годах, на которых был конструирован Союз освобождения.
Он долго жил за
границей и приехал
в Петербург, вооруженный греческой и европейской культурой более, чем кто-либо.
Но мистика, как она обнаружилась
в исторических ее проявлениях, имеет свои
границы.
Но я все-таки два раза был арестован, сидел
в Чека и Гепеу, хотя и недолго, и, что гораздо важнее, был выслан из России и уже двадцать пять лет живу за
границей.
С меня взяли подписку, что
в случае моего появления на
границе СССР я буду расстрелян.
Высылалась за
границу целая группа писателей, ученых, общественных деятелей, которых признали безнадежными
в смысле обращения
в коммунистическую веру.
Когда мы переехали по морю советскую
границу, то было такое чувство, что мы
в безопасности, до этой
границы никто не был уверен, что его не вернут обратно.
Деятельность
в русской среде за
границей мне была мучительна всегда, я совсем не подходил к атмосфере, я обманывал все ожидания, меня принимали не за того, кем я действительно был.
Когда сравниваешь русского человека с западным, то поражает его недетерминированность, нецелесообразность, отсутствие
границ, раскрытость
в бесконечность, мечтательность.
Много раз
в моей жизни у меня бывала странная переписка с людьми, главным образом с женщинами, часто с такими, которых я так никогда и не встретил.
В парижский период мне
в течение десяти лет писала одна фантастическая женщина, настоящего имени которой я так и не узнал и которую встречал всего раза три. Это была женщина очень умная, талантливая и оригинальная, но близкая к безумию. Другая переписка из-за
границы приняла тяжелый характер. Это особый мир общения.
Европейцы никак не предполагали, чтобы кафры, после испытанных неудач в 1819 г., отважились на открытую войну, поэтому и не приняли никаких мер к отражению нападения, и толпы кафров в декабре 1834 г. ворвались
в границы колонии.
Он идет не к преображению этого мира в Царство Божие, а к утверждению
в границах этого мира Царства Божия без Бога, а значит, и без человека, ибо Бог и человек неразрывно связаны.
— Если ты хочешь, то произошло, — начала она тихо, — но посуди ты мое положение: Углаков, я не спорю, очень милый, добрый, умный мальчик, и с ним всегда приятно видаться, но последнее время он вздумал ездить к нам каждый день и именно по утрам, когда Егор Егорыч ходит гулять… говорит мне, разумеется, разные разности, и хоть я в этом случае, как добрая маменька, держу его всегда
в границах, однако думаю, что все-таки это может не понравиться Егору Егорычу, которому я, конечно, говорю, что у нас был Углаков; и раз я увидела, что Егор Егорыч уж и поморщился…
Одним словом, всему городу вдруг ясно открылось, что это не Юлия Михайловна пренебрегала до сих пор Варварой Петровной и не сделала ей визита, а сама Варвара Петровна, напротив, «держала
в границах Юлию Михайловну, тогда как та пешком бы, может, побежала к ней с визитом, если бы только была уверена, что Варвара Петровна ее не прогонит». Авторитет Варвары Петровны поднялся до чрезвычайности.
Неточные совпадения
Действия начались блистательно: читатель, без сомнения, слышал так часто повторяемую историю об остроумном путешествии испанских баранов, которые, совершив переход через
границу в двойных тулупчиках, пронесли под тулупчиками на миллион брабантских кружев.
— Всему есть
границы, — сказал Чичиков с чувством достоинства. — Если хочешь пощеголять подобными речами, так ступай
в казармы, — и потом присовокупил: — Не хочешь подарить, так продай.
— Да я и строений для этого не строю; у меня нет зданий с колоннами да фронтонами. Мастеров я не выписываю из-за
границы. А уж крестьян от хлебопашества ни за что не оторву. На фабриках у меня работают только
в голодный год, всё пришлые, из-за куска хлеба. Этаких фабрик наберется много. Рассмотри только попристальнее свое хозяйство, то увидишь — всякая тряпка пойдет
в дело, всякая дрянь даст доход, так что после отталкиваешь только да говоришь: не нужно.
Здесь Чичиков вышел совершенно из
границ всякого терпения, хватил
в сердцах стулом об пол и посулил ей черта.
— Мило, Анна Григорьевна, до невероятности; шьется
в два рубчика: широкие проймы и сверху… Но вот, вот, когда вы изумитесь, вот уж когда скажете, что… Ну, изумляйтесь: вообразите, лифчики пошли еще длиннее, впереди мыском, и передняя косточка совсем выходит из
границ; юбка вся собирается вокруг, как, бывало,
в старину фижмы, [Фижмы — юбка с каркасом.] даже сзади немножко подкладывают ваты, чтобы была совершенная бель-фам. [Бель-фам (от фр. belle femme) — пышная женщина.]