Неточные совпадения
Социальные категории
власти и господства я считаю непереносимыми на
Бога и Его отношение к человеку и миру.
Но неправда, несправедливость мира не есть отрицание
Бога, ибо к
Богу неприменимы наши категории силы,
власти и даже справедливости.
Наиболее неприемлемо для меня чувство
Бога как силы, как всемогущества и
власти.
Бог никакой
власти не имеет.
Бог не имеет
власти, потому что на Него не может быть перенесено такое низменное начало, как
власть.
Теология находится во
власти социоморфизма, она мыслит
Бога в категориях социальных отношений властвования.
В этом мире необходимости, разобщенности и порабощенности, в этом падшем мире, не освободившемся от
власти рока, царствует не
Бог, а князь мира сего.
Особенно отталкивает меня, когда очень ортодоксальные православные определяют свое отношение к советской России на основании принципа: «Несть бо
власти, аще не от
Бога».
Человечество должно было освободиться от ложных, сомнительных теократий, стать на ноги, очеловечиться и очеловечить всю свою культуру, чтобы явилась почва для истинной, подлинной теократии, чтобы вольно и сознательно подчиниться
власти Бога, Бога, а не папы или цезаря, не человеческого иерархизма.
Ведь если учение Христа в том, чтобы исполнять всегда волю бога, то как же может человек клясться, что он будет исполнять волю человека? Воля бога может не совпасть с волею человека. И даже в этом самом месте Христос это самое и говорит. Он говорит (ст. 36): не клянись головою, потому что не только голова твоя, но и каждый волос на ней во
власти бога. То же говорится и в послании Иакова.
Он забыл
власть богов, он собрал своих полководцев, солдат и военные колесницы, он идет против правителей и царей, которых ты поставил по всей стране, чтобы они платили дань и чтили твое величество.
Неточные совпадения
Кто в часы безумия не щадит
бога, тот в часы памяти и рассудка не пощадит незаконной
власти.
Он себя почел высшего чина, крестьян почитал скотами, данными ему (едва не думал ли он, что
власть его над ними от
бога проистекает), да употребляет их в работу по произволению.
Кто возмущает словом (да назовем так в угодность
власти все твердые размышления, на истине основанные,
власти противные), есть такой же безумец, как и хулу глаголяй на
бога.
— Мы —
бога во Христе отрицаемся, человека же — признаем! И был он, Христос, духовен человек, однако — соблазнил его Сатана, и нарек он себя сыном
бога и царем правды. А для нас — несть
бога, кроме духа! Мы — не мудрые, мы — простые. Мы так думаем, что истинно мудр тот, кого люди безумным признают, кто отметает все веры, кроме веры в духа. Только дух — сам от себя, а все иные
боги — от разума, от ухищрений его, и под именем Христа разум же скрыт, — разум церкви и
власти.
— Пиши! — притопнув ногой, сказал Гапон. — И теперь царя, потопившего правду в крови народа, я, Георгий Гапон, священник,
властью, данной мне от
бога, предаю анафеме, отлучаю от церкви…