Неточные совпадения
Бурная реакция Писарева,
природного эстета, против Пушкина, против эстетики была борьбой против поколения «идеалистов», против роскоши, которую позволяли себе привилегированные кучки культурных
людей.
Эта загадочность
человека определяется тем, что он, с одной стороны, есть
природное существо, с другой же стороны, он не вмещается в
природный мир и выходит за его пределы.
Духовность же совсем не противоположна плоти, телу, а противоположна царству необходимости, порабощенности
человека природным и социальным порядком.
Науки бывают разные; одни трактуют об удобрении полей, о построении жилищ человеческих и скотских, о воинской доблести и непреоборимой твердости — сии суть полезные; другие, напротив, трактуют о вредном франмасонском и якобинском вольномыслии, о некоторых якобы
природных человеку понятиях и правах, причем касаются даже строения мира — сии суть вредные.
В Абсолютном Человеке человеческая природа остается в высших, божественных сферах бытия, в то время как в падшем
природном человеке она погружается в низшие сферы бытия, чтобы поднять падшего человека в высшие сферы.
Неточные совпадения
Я знал красавиц недоступных, // Холодных, чистых, как зима, // Неумолимых, неподкупных, // Непостижимых для ума; // Дивился я их спеси модной, // Их добродетели
природной, // И, признаюсь, от них бежал, // И, мнится, с ужасом читал // Над их бровями надпись ада: // Оставь надежду навсегда. // Внушать любовь для них беда, // Пугать
людей для них отрада. // Быть может, на брегах Невы // Подобных дам видали вы.
Тогда, оставив первобытную свою простоту и
природное свое упражнение, земледелие,
человек предал живот свой свирепым волнам или, презрев глад и зной пустынный, претекал чрез оные в недоведомые страны для снискания богатств и сокровищ.
Гражданин, в каком бы состоянии небо родиться ему ни судило, есть и пребудет всегда
человек; а доколе он
человек, право природы, яко обильный источник благ, в нем не иссякнет никогда; и тот, кто дерзнет его уязвить в его
природной и ненарушимой собственности, тот есть преступник.
Он стал расспрашивать меня о судьбе Ивана Кузмича, которого называл кумом, и часто прерывал мою речь дополнительными вопросами и нравоучительными замечаниями, которые, если и не обличали в нем
человека сведущего в военном искусстве, то по крайней мере обнаруживали сметливость и
природный ум.
Это
люди, как и все другие, с тою только оговоркою, что
природные их свойства обросли массой наносных атомов, за которою почти ничего не видно.