Всякая народная индивидуальность, как и индивидуальность человека, есть микрокосм
и потому заключает в себе противоречия, но это бывает в разной степени.
Но он изначально признал абсолютное верховенство человека, для него человек был верховной ценностью, не подчиненной ничему высшему,
и потому гуманитаризм его подвергся экзистенциальному диалектическому процессу разложения.
Моральный максимализм Толстого не видит, что добро принуждено действовать в темной, злой мировой среде,
и потому действие его не прямолинейное.
Неточные совпадения
Раскол был уходом из истории,
потому что историей овладел князь этого мира, антихрист, проникший на вершины церкви
и государства.
Нет гарантий лучшего будущего для русского народа, как
и для всех народов,
потому что нет закона прогресса.
Мы апокалиптики или нигилисты
потому, что устремлены к концу
и плохо понимаем ступенность исторического процесса, враждебны чистой форме.
Могут сказать, что русским легче было сомневаться в культуре
и восставать против нее,
потому что они менее были проникнуты традициями греко-римской культуры
и от меньших богатств приходилось отказываться.
Он верил, что «начнется переворот не где-нибудь, а именно в России,
потому что нигде, как в русском народе, не удержалось в такой силе
и чистоте христианское мировоззрение».
Он один решается признаться, что он не хочет правды
и справедливости в социальной жизни,
потому что она означает гибель красоты жизни.
Если бы человеческая личность не была идеальной по отношению к реальным условиям ее собственного существования, человек
и не мог бы иметь идеи Бога,
и никакое откровение никогда бы не могло сообщить ему эту идею,
потому что он не в состоянии был бы понять ее…
Наибольший интерес представляла мистическая секта бессмертников, которые утверждали, что верующий во Христа никогда не умрет
и что люди умирают только
потому, что верят в смерть
и не верят в победу Христа над смертью.
Крайние ортодоксы ненавидят
и отвергают Л. Толстого
потому, что он был отлучен Синодом от церкви.
Он называл сынов блудными сынами,
потому что они забыли могилы отцов, увлеклись женами, капитализмом
и цивилизацией.
Это было несправедливо уже
потому, что многие представители культурного ренессанса были сторонниками освободительного движения
и участвовали в нем.
Марксисты переоценивают народническую идею о том, что Россия может
и должна миновать период капиталистического развития, они — за развитие капитализма в России,
и не
потому, что капитализм сам по себе — благо, а
потому, что развитие капитализма способствует развитию рабочего класса, который
и будет единственным в России революционным классом.
Но лжерелигия коммунизма образовалась
потому, что христианство не исполняло своего долга
и было искажено.
Ляпкин-Тяпкин, судья, человек, прочитавший пять или шесть книг,
и потому несколько вольнодумен. Охотник большой на догадки, и потому каждому слову своему дает вес. Представляющий его должен всегда сохранять в лице своем значительную мину. Говорит басом с продолговатой растяжкой, хрипом и сапом — как старинные часы, которые прежде шипят, а потом уже бьют.
Свияжский переносил свою неудачу весело. Это даже не была неудача для него, как он и сам сказал, с бокалом обращаясь к Неведовскому: лучше нельзя было найти представителя того нового направления, которому должно последовать дворянство.
И потому всё честное, как он сказал, стояло на стороне нынешнего успеха и торжествовало его.
Во всех отношениях приятная дама вспомнила, что выкройка для модного платья еще не находится в ее руках, а просто приятная дама смекнула, что она еще не успела выведать никаких подробностей насчет открытия, сделанного ее искреннею приятельницею,
и потому мир последовал очень скоро.
Неточные совпадения
Анна Андреевна. Очень почтительным
и самым тонким образом. Все чрезвычайно хорошо говорил. Говорит: «Я, Анна Андреевна, из одного только уважения к вашим достоинствам…»
И такой прекрасный, воспитанный человек, самых благороднейших правил! «Мне, верите ли, Анна Андреевна, мне жизнь — копейка; я только
потому, что уважаю ваши редкие качества».
Хлестаков. Да что? мне нет никакого дела до них. (В размышлении.)Я не знаю, однако ж, зачем вы говорите о злодеях или о какой-то унтер-офицерской вдове… Унтер-офицерская жена совсем другое, а меня вы не смеете высечь, до этого вам далеко… Вот еще! смотри ты какой!.. Я заплачу, заплачу деньги, но у меня теперь нет. Я
потому и сижу здесь, что у меня нет ни копейки.
Городничий. Ведь оно, как ты думаешь, Анна Андреевна, теперь можно большой чин зашибить,
потому что он запанибрата со всеми министрами
и во дворец ездит, так поэтому может такое производство сделать, что со временем
и в генералы влезешь. Как ты думаешь, Анна Андреевна: можно влезть в генералы?
И я теперь живу у городничего, жуирую, волочусь напропалую за его женой
и дочкой; не решился только, с которой начать, — думаю, прежде с матушки,
потому что, кажется, готова сейчас на все услуги.
—
потому что, случится, поедешь куда-нибудь — фельдъегеря
и адъютанты поскачут везде вперед: «Лошадей!»
И там на станциях никому не дадут, все дожидаются: все эти титулярные, капитаны, городничие, а ты себе
и в ус не дуешь. Обедаешь где-нибудь у губернатора, а там — стой, городничий! Хе, хе, хе! (Заливается
и помирает со смеху.)Вот что, канальство, заманчиво!